— Звучит дико, да? — пожал я плечами. — Согласен. Но ничуть не более дико, чем то, что только что сказали вы сами. Поясняю. Я с наркотиками вообще никак не связан. Обратите внимание, я был отпущен вместе с теми, кто не имел никаких наркотических веществ. Ни в карманах, ни в крови. В отличие от хозяина вечеринки с демонстрацией антикварных часов. У него, насколько я знаю, наркота была везде. И пусть он вам расскажет, как повредил руку. Если вспомнит, конечно. И, насколько я могу судить по количеству присутствующих, кое-кто всё ещё находится в застенках, да? А, что касается Прохора Назарова, полагаю, все мы можем предположить, каким образом он был выпущен на свободу.
— Ты чё несёшь! — наконец обрёл дар речи Назар. — Да я тебя только из-за этого и пригласил. Ты же меня уговорил, сбил с пути истинного. Забыл? Типа, ничего не будет, тебе понравится, надо же когда-то попробовать…
— Ты эту версию особо не распространяй, — усмехнулся я. — А то такое чувство, что я тебя соблазнил что-то другое попробовать. Понравилось, кстати?
— Чё?!!!
Он резко покраснел и вскочил на ноги. Алиса захохотала.
— Чё ты сказал, урод⁈
— Да нет, же, это ты сказал, красавчик.
Он чуть не лопнул от ярости.
— Лидия Игоревна, — развёл я руками. — Я полагаю, он меня пригласил, чтобы попытаться свалить вину в случае, если что-то пойдёт не так. Вот, что сейчас и происходит.
— Чё ты гонишь! — воскликнул Назар. — А кто Костюхе сообщил, что пиццу привезли? Не ты?
— Я, разумеется, — пожал я плечами. — Ты же сам просил меня помочь и заказал пиццу на мой номер телефона. А потом сказал, вот, мол Костюха, когда привезут, скажи ему, он выйдет и расплатится. Или я что-то путаю?
— Путаешь, — скривился он. — Прям конкретно попутал.
— Это правда. Я спутал тебя с порядочным человеком, и в этом моя главная ошибка. Но кто ты такой на самом деле теперь стало видно очень многим.
— А кто ментов вызвал? — закричал он.
— Не удивлюсь, если ты сам, — пожал я плечами. — Единожды солгавши, кто тебе поверит. Впрочем, пусть с этим кто-то другой разбирается. Тебя-то наверняка отмажут и за наркоту, и за покушение на сексуальное насилие, а вот твоих приятелей, таких как Костюха, вероятно ждёт череда серьёзных жизненных разочарований. Они увидят, что с рук всё сходит только тебе, а не им.
— О каких сексуальных преступлениях ты говоришь? — с ужасом воскликнула Медуза.
— Это я про его перетруженную руку. Даже гипс пришлось накладывать.
Алиса снова засмеялась.
— Нет, не в том смысле. Просто самая справедливая в мире полиция разберётся, а я пока разглашать не могу. Но свидетельские показания я дал, разумеется.
— Какие показания⁈ — заревел Назар.
— Правдивые. Лидия Игоревна, не беспокойтесь, я уверен, родители Назарова и Шалаева не позволят пасть на репутацию школы даже малейшей тени. Так что будущее лицея вне опасности. Где-то же надо учить отмазанных от тюрьмы отпрысков.
— А что с Шалаевым никто не знает, между прочим, — сказала Алиса. — Он на звонки и сообщения не отвечает. Так что он, возможно, ещё в тюрьме.
Я усмехнулся. Директриса обвела всех тяжёлым взглядом. Зацепилась за меня, замерла на мгновенье, но тут же, будто спохватившись, отвела глаза и посмотрела на Юлю.
— Ну, что же, — с чувством лёгкой горечи кивнула она головой. — Вижу, ни у кого не хватает смелости взять на себя ответственность за случившееся. К тому же это легкомыслие, с которым вы подходите даже к серьёзным проблемам, меня удивляет и огорчает. Ладно, идите. Я буду держать этот вопиющий инцидент на личном контроле. Идите-идите!
Мы вышли.
— Ну ты и придурок, Назар, — усмехнулась Алиса.
— Чё ты сказала? — зарычал он.
— Да ты успокойся, — кивнул я. — Пока в очередной раз тебя не успокоили. Брешешь, брешешь, как шавка. Кто с тобой вообще дело будет иметь? Ты же всех утопишь, лишь бы самому выбраться. Пойдём, Алиса, а то Альфа там без нас грустит, наверное.
Он закричал, запричитал, но я слушать его не стал.
— А ты врагов легко заводишь, да? — усмехнулась она и взяла меня под руку.
— Да я и друзей легко завожу, — подмигнул я и, освободив руку, приобнял её за талию.
— Ты после того раза, когда головой стукнулся, изменился, как-то, — прищурилась она.
— Не знаю, — ответил я. — Не замечал за собой больших перемен. А где там Мэт, кстати? Действительно на связь не выходит?
— Ну, он на утро звонил, сообщения присылал.
— А ты? Из-за Анжелы обиделась?
— Это не так называется, — вмиг посуровела она и сбросила мою руку. — Не обиделась, а разочаровалась.
— Потому что он всё внимание на ней сосредоточил?
— Блин, говоришь ты, как скуф, конечно. Внимание сосредоточил. Я вообще удивляюсь, как она… Ну, то есть… вы с ней такие разные, она старше тебя и…
Алиса замялась.
— Типа, что она во мне нашла?
— Слушай… — вздохнула она. — Это сейчас ты как-то… я не знаю… на мужика стал похож. А раньше-то вообще… Поэтому я и…
— Краснов! — раздался резкий голос за спиной.
Это была Юля.
— Ладно, иди, — бросил я Алисе. — Принимаю огонь на себя.
Она хихикнула.
— Слушай, а круто ты этого придурка осадил. Молодец.
