– Как вам живется на пенсии де-факто? Нет ли у вас пожеланий? Уж кто-кто, но вы достойны заботы государства.
– Спасибо, я получаю достаточно денег и мне их более, чем достаточно, к тому же я работаю на полставки в МГУ. Так что в материальном плане все очень хорошо, а в плане загруженности… я пока воздержусь от комментариев, подожду вашего предложения.
– Думаете, оно будет?
– А тогда зачем эта встреча? Вы же очень занятой человек…
– Вы, конечно, правы, но давайте сначала попьем чай, кофе и просто поговорим.
– Не возражаю.
– Скажите, как вам изменения, которые происходят в стране после смерти Сталина?
– Ничего себе вопросик! Я был, есть и буду коммунистом. И принцип демократического централизма мне близок. Так что мое мнение, которое не касается выполняемого задания, изложено в документах партии, которые я очень внимательно изучаю.
– Есть вопросы, которые выходят за рамки линии партии, не охватываются ею…
– Владимир Ефимович, прошу вас сформулируйте поточнее свое желание…по поводу чего вы хотите услышать мое мнение?
– Вы в курсе того, что уволен Михаил Андреевич Суслов и сильно изменились расклады внутри Политбюро? – Семичастный пошел ва-банк, ему хотелось вывести собеседника из равновесного состояния, чтобы лучше понять, в какой мере можно использовать этого человека.
– Я, конечно, в курсе его отставки, могу предположить, что это приведет к сменам групп влияния, но знаете, мне это не совсем интересно, потому что использовать эту информацию для меня невозможно, так как ее носители слишком высоко сидят, а пустое любопытство – не моя сильная сторона.
– Здорово, вы настоящий мастер ведения беседы. Спасибо. Как бы там ни было, но я отношусь к той группе, где Шелепин, Пельше и иже с ними. И моя просьба к вам будет в интересах именно этой группы.
– Меня больше не это интересует, а то, что будет с этим заданием, если произойдут изменения в верхних эшелонах КГБ и ГРУ? Другими словами, если вы поменяете место работы, считать ли мне задание законченным? Поймите меня правильно, но сейчас долгожителей на Олимпе немного.
– Да, задание считаем законченным.
– Тогда мне нет дела до партийных раскладов, у меня есть вы. И еще я смогу отказаться, если посчитаю свое участие затруднительным?
– Наверное, все-таки нет, потому что задание на девяносто процентов связано с вашими аналитическими талантами…
– А на десять процентов?
– Десять процентов касаются ваших талантов не давать поводов связать вас со мной или кем-то из нашей группы.
– Действительно, трудно найти повод отказаться, – Сергей Афанасьевич рассмеялся и налил себе вторую чашечку чая.
– Что вы думаете об идее "рыночного социализма"?
– Как о попытке скрестить ужа с ежом.
– А насколько глубоко вы поработали над этой темой?
– В объеме печатных изданий института марксизма-ленинизма, ну и выступлений наших политических руководителей, Алексея Николаевича Косыгина, например.
– Тогда глубже вас никто и не знает этой темы. Она только в стадии развертывания, и серьезные умы к ней даже не подступались, – Семичастный тоже улыбнулся. – Но у этой идеи есть автор…причем очень необычный, я бы сказал, ни на кого не похожий.
– Вы умеете заинтриговать, скоро топать ногой начну от нетерпения.
– Ему восемь лет!
– Упс!!! Это шутка? – Иванцов, несмотря на огромный опыт скрывать свои мысли, непроизвольно почесал затылок.
– Так вот в этом задание и состоит, – рассмеялся в голос Председатель.
– Простите, Владимир Ефимович, мне нужны пояснения, я совсем сбит с толку.
– Хорошо. Есть мальчик, живет он в сельской местности и объявляет, что после падения с дерева очнулся с шестидесятилетним стариком в голове. Не откладывая дела в долгий ящик, он уговаривает директора школы вместе с ним начать строить школу на принципах Макаренко. У них это успешно получается, но чтобы дальше развивать свои производства, которых они наплодили за полгода аж восемь штук, он предложил заместителю директора Экспортлеса Кутепову идею создать свободную экономическую зону в их районе, а в качестве идеологического сопровождения предложил идею рыночного социализма. Дело дошло до Суслова и Косыгина, до Правительства и Института марксизма-ленинизма. На заседании Политбюро они схлестнулись на тему, кто из них главный, и Косыгин завалил Суслова. Так это выглядит снаружи, а как все на самом деле, хотелось бы поручить узнать вам.
– Да, ничего более увлекательного в жизни не слышал. Невероятно. Вы предполагаете, что есть кто-то в тени, а мальчик дурит голову Косыгину?
– Косыгину с его реформами, идея больно в тему.
– То есть Косыгин поддерживает мальчика и создает фантастическую байку?
– Он мальчика особо не выпячивает, правда, протолкнул награждение его Звездой Героя соц. труда.
– Опять упс!!! Я готов! Давайте детали. Надеюсь, мальчика убирать не придется? При любых раскладах его будет очень жалко, он неординарное существо, я про таких никогда не слышал.
– Пока нет ни малейших оснований для каких-то резких движений. К тому же он объективно работает на усиление нашей группы. А с Косыгиным мы в союзниках.
