Второй год полностью

Гаубица Д-30 швыряет снаряды почти на четырнадцать километров. До гор было не более четырех, поэтому, заряжающие открывали крышки гильзовых стаканов и выбрасывали излишние колбаски пороха. К тому моменту, когда отстреляли все привезенные на КАМАЗах снаряды образовались две внушительные кучи ненужного пороха. Чтобы не оставлять врагу средств ведения войны, офицеры-пушкари проложили длинные дорожки из пороха к этим кучам и подожгли их. Пока они выкладывали дорожки, я недоумевал: "зачем нужно возиться, если можно просто подойти и поджечь?". Когда кучи вспыхнули, я понял "зачем" и "почему": мы стояли, наверное, метрах в ста от огня и мне пришлось отвернуться — лицо не вытерпело жара. Часам к четырем все вернулись в полк живые и здоровые. Реализация разведданных была окончена успешно и без потерь.

Но это была только первая часть марлезонского балета, длинного, как "Лебединое озеро".

24. Вторая часть

Это была даже не прелюдия, не увертюра, а так… Военный оркестр настраивал инструменты. Главное же действие предстояло впереди и называлось это действие "Армейская операция 1986 года".

"Магистраль".

Задача:

От Хайратона до Файзабада, то есть на расстояние равное расстоянию от Москвы до Питера, провести колонну в шесть тысяч тяжелых грузовиков.

Уточняю задачу:

Полтыщи километров пути проходит в горах высотой свыше трех тысяч метров над уровнем моря. В этих самых горах есть сотни мест, удобных для безнаказанного проведения засад. Сотни оборудованных огневых позиций, с которых будут долбить по колонне из гранатометов, а по пацанам из стрелкового оружия. Вдоль маршрута движения колонны, на удалении одного-двух дневных переходов от бетонки, оборудованы десятки долговременных баз моджахедов. На всем протяжении трассы от Хайратона до Файзабада действуют десятки вооруженных банд, хорошо обученных ведению партизанской войны в горах.

Еще раз уточняю задачу: у Сороковой Армии нет шести тысяч МАЗов!!! В помощь хайратонскому Тяжбату будут приданы гражданские грузовики из Термеза, Душанбе, Самарканда, Каршей, Бухары и Джизака. Но даже с гражданскими машинами никак не наберется больше восьмисот тягачей. Поэтому, колонна будет следовать конвейерным методом: сутки от Хайратона до Файзабада, сутки под разгрузкой, сутки от Файзабада до Хайратона, сутки под погрузкой. И так до тех пор, пока не будет сделано шесть тысяч рейсов.

— Товарищи, солдаты, сержанты, офицеры и прапорщики! Ни одна мразь не должна суметь сделать даже выстрела по колонне!

— Товарищи солдаты, сержанты, офицеры и прапорщики! За рулем машин будут сидеть гражданские люди! Ни один из них не должен погибнуть. Ни один!!!

Вот такая задача.

Понятно, что силами одного полка и даже целой дивизии тут врага не одолеть — этой басмоты в горах до Файзабада дивизий, может, пять засело. Уродов бородатых. И нам нужно сделать так, чтобы километров на двадцать вправо-влево от бетонки даже суслики в норы попрятались и чтоб ни одна змея из-под камня не выползла от страха. Поэтому, работать будет целая армия. А наш небольшой променад — это только разминка и подготовка к следующей операции.

Мы едем в Пули-Хумри!

Докладываю маршрут движения от Хайратона до Файзабада:

Первые сто километров Хайратон — Ташкурган. Тут все тихо. Тут одна пустыня, в которой трудно спрятаться.

Ташкурган — Айбак. Восемьдесят километров. Этот участок обеспечили наши артиллеристы, расстреляв и разрушив горные тропы и тайные схроны. На восстановление троп у моджахедов уйдет не одна неделя и эти восемьдесят километров обеспечит наш полк, главным образом силами восьмой роты. Она тут на то и поставлена — Айбак охранять.

Айбак — Пули-Хумри. Мы туда как раз едем воевать. Будем вместе с Хумрийцами разгонять местную басмоту. Это займет у нас недели две.

Пули-Хумри — Кундуз. Этот участок вне зоны ответственности нашего полка. Тут будут работать Кундузцы и Хумрийцы.

Дальше Кундуз — Талукан и Талукан — Файзабад. Вот тут-то у них лежбище. Вот тут-то и будет основная война. Места дикие, труднодоступные. Басмачам тут раздолье. Места боевых действий начинаются на высоте полторы тысячи метров и поднимаются до четырех тысяч, куда даже птицы не залетают. Тут нам всем придется попотеть. А пока дивизионная операция в Хумрях — это увеселительная прогулка.

Пикничок.

Мы выезжали на операцию на самом роскошном бэтээре роты, к башне которого брезентовыми ремнями был намертво приторочен бакшишный ящик из-под Утеса. В этом ящике хранилась наша посуда — два казанка для первого и второго, чайник, кружки, ложки и синие гетинаксовые тарелки, которые мы стащили из столовой. Из-за большого зеленого короба на башне, наша ласточка стала походить на носорога, который набил шишку на лбу, но зато в целом полку не было второго такого ящика. На некоторых машинах посуду хранили в снарядных ящиках, прикрученных к корме, но это был не тот шик. И размер не тот и эстетика вяловата. Бакшишный ящик был предметом гордости экипажа БТР-70 с бортовым номером 350-2 и объектом зависти других экипажей.