Во двор наперевес с дымящимся пулеметом «Корд» входил знакомый страшный дядька в шотландской юбке-килте. За ним двигался в костюме байкера Оливьер, поддерживая на плече гранатомет «Муха», применить который он так и не успел. Фланги в небольшой колонне контролировали два мужика с «Валами», поводя вокруг толстыми стволами. Компания подошла к подстанции и остановилась, совещаясь, потом Оливьер чуть удалился и, сложив ладони рупором, громко проорал:
– Фаза! Иди сюда! Разговор есть! Хватит уже прятаться!
Друзья уселись на пол под окном и переглянулись. С одной стороны, Оливьер спас им жизнь, с другой… Главный охранник доверия не вызывал, и ничего, кроме обмана и подлянок, Фаза от него не ждал. Хотя поговорить, конечно, стоило. Пора выяснить, чего им всем от него надо. И Фаза осторожно приподнял голову над подоконником.
Тяжеловооруженный гигант поворачивался вместе с пулеметом, Оливьер внимательно осматривал окна первого этажа здания, и пора уже решаться. Следовало или немедленно сваливать, или начинать с дистанции переговоры. Наконец Фаза решился и набрал в грудь воздуха, одновременно распрямляясь в полный рост, как вдруг по глазам резанула вспышка, и он от неожиданности присел на корточки.
– Перс, че это за хрень? Я зайцев сейчас, кажется, поймал!
Фаза как сварной со стажем подобный эффект знал хорошо. Он словно посмотрел на сварочную дугу без защитного темного стекла. Отметив машинально, что «заяц» не особо сильный, разлепил веки и часто заморгал, восстанавливая зрение. Впрочем, ответ на вопрос находился под самым его носом: по стене напротив окна бегало пятно лазерной указки, выписывая замысловатые восьмерки и кренделя.
– Фаза! Смотри скорее, Фаза! Только сильно не высовывайся, и он слепить больше не будет! – Стоящий на одном колене таджик тряс его за рукав и показывал в направлении улицы.
Фаза, непроизвольно щурясь, осторожно выглянул. Внизу стояли гигант с пулеметом, нервно пинающий дерево Оливьер и смотрящие в разные стороны бдительные ребята с «Валами».
– Ни туда смотришь, ни туда! На дом смотри, четвертый этаж дом! Там в окно занавеска синий!
Фаза перевел взгляд на возвышающийся в ста метрах от них дом, нашарил взглядом нужное окно и сощурился, пытаясь сфокусировать расстроенное лазерной указкой зрение. Там махал руками и делал отчаянные знаки какой-то человек. Пришлось прибегнуть к помощи бинокля, и он с удивлением узнал Чалого. Сталкер жестами показывал, что Оливьер им не нужен, а срочно встретиться и поговорить следует именно с ним – с Чалым.
Добраться до квартиры с синей занавеской оказалось не так просто. Сто метров по прямой – дистанция на один рывок, но преграждал дорогу Оливьер с компанией, и пришлось крутить приличный крюк.
Друзья-напарники, соблюдая конспирацию, выползли из комнаты на четвереньках, бесшумно разобрали одну из баррикад на лестнице и вышли через главный вход на улицу. Там перешли в соседний двор и двинулись на встречу с Чалым, а вернее, к дому, где располагалась квартира с синими занавесками на окнах.
Зараженных распугал элитник, но осторожность соблюдали и продвигались аккуратно, перебежками. Нарваться на раненного ящера в засаде совсем не улыбалось. Порадовало появление Маруськи, да и Свежак догнал их и запрыгнул Фазе на руки. Вот и пришлось его нести полквартала, потом руки устали, и он небрежно закинул кота за плечи на рюкзак. Свежаку такое обращение не понравилось, он спрыгнул и исчез в зарослях аккуратно постриженных кустов.
Добрались без приключений, в одном лишь месте настроение испортила компания из пяти низших зараженных, которых пришлось упокоить «клювами». Они с Персом в быстрых кластерах насмотрелись всякого, но тут их попытались сожрать дети возрастом не старше пяти лет. «А что будет с ребенком, если он окажется иммунным? – подумал Фаза и сам себе ответил с горечью: – А ничего, на корм пойдет, без вариантов». Хотя… Если рядом окажется иммунный взрослый или рейдер, то ребенок выживет: его напоят живчиком и отведут в одно из поселений стаба. Так что шанс у детей, пожалуй, есть. И если отрок начнет развиваться с десяти лет, то в кого он превратится в зрелом возрасте? Взрослые люди в Стиксе не стареют и развивают у себя умения, но в малышах самой природой заложена способность к обучению. Они, подобно губке, быстро впитывают все новое и легко адаптируются к среде.
– И вырастет особая формация людей. Сверхразвитые и прокачанные дети Улья, чье восприятие не вступит в конфликт с воспоминаниями о прежней жизни, – пробормотал под нос Фаза и ткнулся в запертую дверь нужного подъезда.
