До недавнего времени я тоже мог посмотреть в полированное зеркало и увидеть там возраст моего лица, но не такой. Его губы и щёки опустились, рот открылся, обнажая жёлтые зубы и уменьшающиеся дёсны, зубы выпали и словно игральные кости застучали по полу, одно веко неудержимо обвисло, а молочного цвета глаз сдвинулось в глазнице.
Я почувствовал, как его чары слабеют и отпрыгнул назад, отдёрнув от его руки Искоренителя Душ; я ни за что не хотел, чтобы мой клинок принял его в себя.
К моему удивлению Искоренитель Душ вошёл в свои ножны и был доволен.
Великан всё ещё стоял передо мной, его лицо отражало столетия, он всё ещё не падал, в нём всё ещё теплилась жизнь. Его глаза больше ничего не видели, но тем не менее казалось, будто он взирает на меня. Он что-то прохрипел.
— Что он сказал? — спросил с любопытством Армин.
Затем Ордун упал. Я услышал хруст, когда его тело ударилось о камень, он один раз дёрнулся, а затем остался лежать неподвижно. Я прошёл к мужчине, которого убил первым, поднял его изогнутый меч и одним ударом отделил голову Ордуна от тела.
Я был убеждён в том, что он уже мёртв, но тот дёрнулся ещё раз… и лопнул, словно старый, сгнивший труп, каковым он и был. От него повеяло смрадом, и я отпрянул.
— Боги! — выкрикнул Армин. — Теперь мне нужно что-нибудь выпить!
Я продолжал отступать от монстра к прилавку, прислонился к нему и повернул голову к Армину.
— Раз уж наливаешь себе, то я тоже не отказался бы от глотка.
— Конечно, господин! — он наполнил кубок вином и протянул мне. — Скажите, разве Армин ди Басра не был прав? Разве он не был вам полезен?
Я сделал глоток, чтобы избавиться от горького привкуса и посмотрел на маленького мужчину. Его глаза светились, а козлиная бородка подпрыгивала вверх-вниз, когда он улыбался и одновременно пил. Вино стекало с уголков его губ, и он поставил пустой кубок на прилавок.
— В самом деле. Ты спас мне жизнь. Я благодарю тебя.
— Не жизнь. Я спас вам душу, господин.
Поверьте, эссери, жизнь без души — это ничто. Разве это не хорошее доказательство моей компетентности? Возьмите меня в услужение!
— Но что с твоим последним заданием? Ты нашёл младенца?
Он рассмеялся, это в одно и тоже время звучало грустно и счастливо.
— Разумеется я выполнил это задание. Посмотрите на лестницу.
Он указал на лестницу, которая вела из комнаты для гостей в номера. Там сидела молодая женщина с Фараизой у груди, малышка громко причмокивала и довольно лепетала, в то время как молодая женщина смотрела неподвижно в пустоту.
Казалось, с младенцем всё в порядке, и у меня от облегчения подкосились ноги. Видимо, я переживал за малышку больше, чем осознавал. Но только потом я по-настоящему увидел лицо молодой женщины. Её черты показались мне знакомыми. Я сглотнул, потому что не так давно видел, как именно это лик промелькнул на лице Ордуна.
— Она…?
Армин посмотрел на женщину, а затем на остатки некроманта.
— Да. Он спал с ней, и с тех пор она такая. Она потеряла ребёнка, но её грудям его не хватает. Её больше нет среди живых. Она мертва, даже если её тело этого не знает. А вы, эссэри, освободили её душу и послали к Сольтару.
— Откуда ты всё это знаешь?
Он посмотрел на меня.
— Давайте лучше присядем.
Он хлопнул в ладоши, и появились две другие девушки, испугано глядя на него с лестницы. Женщина с младенцем не двигалась.
— Вы обе, возьмите вёдра с тряпками и уберите то, что прилипло здесь к полу. Вы обрадуетесь, когда увидите, что это. Поспешите! — он ещё раз хлопнул в ладоши, и девушки побежали.
Он наклонился и нежно прикоснулся к щеке молодой женщины. Это было не просто сочувствие, казалось, будто он её знает и даже больше…
— Пойдём, мой маленький цветочек, вставай и следуй за мной. И дай ребёнку другую грудь.
Молодая женщина медленно встала, переложила Фараизу и последовала за Армином к столу, который находился далеко от мёртвых тел.
Фард всё ещё стоял за прилавком, там мы и оставили его стоять. Армин протянул мимо него руку и взял бутылку и два кубка и отнёс к столу. Там он помог молодой женщине сесть, а затем и сам занял место.
— Садитесь, эссери, потому что история будет длинной.
20. Старое право
Обе девушки, которых я видел только что, появились у подножия лестницы, держа в руках вёдра и тряпки. Они испугались, когда увидели тело первого мужчины и то, что осталось от Ордуна.
— Это Ордун! — выкрикнула старшая из них, а затем обе заплакали, в их глазах стоял чистый ужас.
— Девушки, всё хорошо! — крикнул Армин. — Вам больше никогда не придётся страдать из-за него. Но уберите, ради богов, то, что от него осталось. Теперь он воняет больше, чем, когда был ещё жив!
Обе поклонились и с сияющей улыбкой принялись за неприятную работу.
Армин налил мне вина. У циркача был хороший вкус, вино было не слишком сладким, как раз в самый раз.
Теперь у меня появилась возможность изучить этого мужчину более внимательно. Ему было примерно два десятки и десять лет. Он не был изголодавшимся, как я вначале подумал, а просто жилистым.
