Однако это молчаливое самолюбование не может полностью удовлетворить девушку. Чтобы состояться, ей необходимо существовать в сознании другого человека. Часто она прибегает к помощи подруг. Несколькими годами раньше сердечная подружка помогает ей вырваться из–под материнской опеки и познать мир, в частности мир секса. Для девочки–подростка подруга является одновременно и объектом, который помогает ей преодолеть границы собственного «я», и свидетелем, который возвращает ей это «я». Некоторые девочки демонстрируют друг другу свое обнаженное тело, сравнивают грудь. Достаточно вспомнить в связи с этим сцену из «Девушек в форме», описывающую эти вызывающие развлечения учениц пансиона. Случается им ласкать друг друга, иногда бессознательно, но порой и с полным знанием дела. Почти у всех девушек наблюдаются лесбийские наклонности, Колетт прямо пишет об этом в романе «Клодина в школе», а Розамонд Леманн в «Пыли» говорит об этом намеками. Эти наклонности имеют ту же природу, что и доставляющая наслаждение самовлюбленность. Любуясь другой и лаская ее, девушка выражает восхищение своей нежной кожей и изящными формами. Верно и обратное: в самообожании, испытываемом девушкой, заключена немалая доля культа женственности вообще. В сексуальных отношениях мужчина — субъект. Поэтому обычно желание, влекущее мужчин к не сходному с ними объекту, отдаляет их друг от друга. Что касается женщины, то она представляет собой в чистом виде объект желания. Вот почему в лицеях, школах, пансионах и мастерских так часто встречается «особенная дружба», иногда это только духовные взаимоотношения, иногда — в полном смысле слова плотские. В первом случае подруги раскрывают друг другу душу, делятся своими секретами, иногда, чтобы неопровержимо доказать любовь и доверие, показывают друг другу свои дневники. Даже если в их отношениях нет и намека на секс, подруги бывают очень нежны друг с другом и нередко дают друг другу косвенное физическое доказательство своих чувств. Так, Наташа обожгла себе руку раскаленной докрасна линейкой, чтобы доказать свою любовь к Соне. Но чаще всего они называют друг друга множеством ласковых имен, обмениваются пылкими письмами. Вот что пишет, например, своей любимой подруге Эмили Дикинсон молодая пуританка из Новой Англии; Сегодня я целый день думаю о вас, а ночью видела вас во сне. Мы гуляли в чудесном саду, я помогала вам нарезать букет роз, но никак не могла набрать полную корзину цветов. Целый день я молюсь, чтобы увидеть вас во сне, а по мере того как приближается ночь, мне становится все радостнее, я с нетерпением считаю минуты, отделяющие меня от темноты и сновидений, в которых я вижу никогда не наполняющуюся корзину…
В работе «Душа девочки–подростка» Мендус приводит немало подобных писем: Дорогая Сюзанна… Мне хотелось бы начать свое письмо со стихов из «Песни песней»: О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! Как библейская невеста, вы похожи на саронский нарцисс, на лилию долин, и для меня вы всегда значили больше, чем обычная девушка; вы были символом множества прекрасных и возвышенных вещей… и поэтому, о моя чистейшая Сюзанна, я люблю вас чистой и бескорыстной и даже немного религиозной любовью.
Другая девушка пишет в дневнике о менее возвышенных чувствах: Мы сидели рядом, она своей белой ручкой обнимала меня за талию, одна моя рука лежала на ее круглом плече, а другая прижималась к ее обнаженной руке. Я прикасалась телом к ее нежной груди и прямо перед собой видела ее приоткрытый ротик и хорошенькие зубки… Меня била дрожь, лицо мое горело 1.
В книге Евар «Девочка–подросток» собрано также немало интимных излияний такого же рода: Моей возлюбленной фее, моей любимой, дорогой. Моя прекрасная фея. Ах! Скажи, что ты меня еще любишь, скажи, что я по–прежнему твоя лучшая подруга. Мне грустно, я так люблю тебя, о моя Л., и не могу сказать тебе все, выразить тебе всю свою привязанность, нет слов, чтобы описать мою любовь. Слово «обожаемая» ничего не выражает по сравнению с тем, что я чувствую; иногда мне кажется, что у меня разорвется сердце. Завоевать твою любовь — это так прекрасно, что я не смею на это надеяться. Сокровище мое, скажи, что ты меня не разлюбишь!..
