Вначале она сталкивается с иерархией полов на опыте жизни в семье; она постепенно начинает понимать, что власть отца неколебима, хоть и не ощущается каждую минуту; оттого что к ней не прибегают без нужды, она являет себя в еще большем блеске; даже если на самом деле в семье всем заправляет мать, ей обычно хватает хитрости ссылаться на волю отца; в важные моменты она требует, награждает или наказывает от его имени или через его посредство. Жизнь отца окружена ореолом почтения и тайны: часы, которые он проводит дома, кабинет, где он работает, его вещи и занятия, его мании носят сакральный характер. Именно он содержит семью, отвечает за нее, он – ее глава. Обычно он работает вне дома, и через него семья сообщается с остальным миром; он – воплощение этого беспокойного, огромного, полного трудностей и чудес мира; он – сама трансцендентность, бог[288]. Ребенок ощущает это телесно: в силе рук, поднимающих его, в крепости тела, к которому он прижимается. Он свергает мать с пьедестала, как некогда Ра свергнул Исиду, а Солнце – Землю. Но в результате положение девочки резко меняется: она была призвана стать однажды такой же женщиной, как ее всемогущая мать, но она никогда не станет властелином-отцом; с матерью ее связывало активное соперничество, от отца она может лишь пассивно ожидать признания своих достоинств. Мальчик осознает превосходство отца через чувство соперничества, тогда как девочка с бессильным восхищением испытывает его на себе. Как я уже говорила, то, что Фрейд называет «комплексом Электры», – это не половое влечение, как он утверждает, а полное самоотречение субъекта и его покорное и почтительное согласие превратиться в объект. Нежное отношение отца к дочери придает ее существованию великолепную оправданность; она обладает всеми достоинствами, которые другим не так-то просто приобрести; она удовлетворена, ее боготворят. Случается, что женщина всю жизнь ностальгически ищет эту полноту и покой. Если ей отказано в этой любви, она может чувствовать себя навеки виноватой и обреченной; либо она может искать признания у других и становится равнодушной, если не враждебной к отцу. К тому же не один отец повелевает миром: мужское превосходство распространяется на весь сильный пол, и не следует считать, что для девочки все мужчины являются «заместителями» отца. Дедушки, старшие братья, дядья, отцы подружек, друзья дома, учителя, священники, врачи привлекают девочку непосредственно, просто как мужчины. Видя трепетное уважение взрослых женщин к мужчине, девочка также возводит его на пьедестал[289].
