— Всё болит, Блекджек. Всё. Я был так уверен, что боль прекратится в той проклятой лаборатории. Стрельба. Турели. Этот самодовольный дурак. Я просто хотел, чтобы что-нибудь убило меня, чтобы ты могла пойти дальше и спасти всех пони. Хоть что-нибудь. Но… каким-то образом ты спасла всех нас. Опять… потому что это то, что ты делаешь…
Он снова прикрыл глаза.
— Прошу, не спасай меня. Пожалуйста, просто оставь меня здесь. Я так устал от боли. Так чертовски устал от всего — я смотрела на своего друга и гладила его гриву. Я не представляла, что делать. Вообще никаких идей… кроме…
Тише, не шуми, уже настало время спать…
Нет! Я спасаю пони. Я не убиваю их.
Но… как мне спасти П-21?
— Прости, П-21. Я не знаю, как мне избавить тебя от боли, — тихо сказала я. — Мне… не больно. Я даже не вполне уверена, что я всё ещё пони. Может… может быть где-то там, в Тенпони, ту часть меня, которая делала меня пони, вырезали и заменили на талисман или насос, или ещё что-то такое. Я больше не знаю, как пони должны чувствовать. Я помню первый раз, когда меня подстрелили. Теперь никаких чувств, — пробормотала я тихо. — Теперь я грызу металл и камни. И у меня есть маленькие индикаторы, говорящие мне, сколько энергии у меня осталось. — я закрыла глаза. — Возможно… возможно причина, по которой на меня не действует ХМА в том, что я настоящий робот… у которого просто чуть больше частей из плоти, чем у твоего обычного Ультра-Стража.
Он перевёл взгляд на меня.
— Но прямо сейчас… Глори делает пересадку, пытаясь спасти жизнь Скотч Тейп. И даже имея нужные органы, она может не дотянуть до конца — я вздохнула, гладя его гриву. — Я знаю, каково это, ненавидеть себя. Я знаю, как это, хотеть избавиться от боли. Я знаю… знаю, каково это, быть изнасилованной и просто хотеть, чтобы всё это закончилось. Мне жаль, что я не могу помочь тебе — сейчас он был в таком же состоянии, как и я тогда, на матрасе.
Я глубоко вздохнула.
— Если ты будешь просто лежать здесь и не пойдёшь к ней, и она выживет, тогда… она не будет твоей дочерью. Так или иначе, она это переживёт. А ты может и нет. Но я гарантирую, что если ты останешься здесь вот так, как сейчас и если она умрёт, то ты будешь так же мёртв, как если бы я оставила тебя там, на Арене. Есть вещи, которые ты никогда не сможешь себе простить — я закрыла глаза. — В любом случае, я не оставлю тебя лежать здесь и просто ждать, когда боль вернётся. Потому что это будет… оправдание боли.
Он долго лежал там с закрытыми глазами. Я знала, его удерживали там химикаты и отвращение к самому себе. Я легко могла бы вытащить его… но это не имело бы смысла. Матрас, на котором он застрял, преследовал бы его повсюду. Только он сам мог избавиться от него… и я не знала, что мы будем делать, если он не справится.
Затем он чуть пошевелился, перевернулся, напрягая копыта. Он медленно поднялся и я подала копыто, чтобы поддержать его. Я вздохнула, когда он сделал шаг из ванной, потом другой и вышел наружу.
— Почему я продолжаю идти за тобой, Блекджек? — пробормотал он, завалившись передо мной. — С чего ты взяла, что я могу быть более хорошим пони? Большим, чем просто намёк на пони.
— Потому что ты можешь. Я это вижу. Дакт Тейп тоже видела, — ответила я, чуть улыбнувшись. — Теперь, я думаю, возле операционной есть что-нибудь вроде комнаты ожидания. Мы можем отправиться туда и… эм… подождать. — Он пропустил очевидную возможность указать мне на мою очевидность. Он не стал тыкать меня носом в мою тавтологию и просто покивал головой, сосредоточившись на том, чтобы идти и не падать.
Добравшись до комнаты ожидания он сел и закрыл глаза. Я откопала свой учебник по магии для начинающих и разложила его на кушетке. Сосредоточившись на переворачивании страниц, я смогла отвлечься от мыслей о Скотч… но не о П-21. Я ничего не знала о наркотической зависимости! Глори как-то пыталась поговорить со мной об этом, но для меня это свелось к тому, что химия разрушает твоё тело, так что связываться с ней — плохо. Я никогда не думала, что из-за этой химии у пони могут измениться мысли и поведение. Они должны были быть… как зажевал Фиксера, и ты в порядке.
Неужели П-21 действительно так долго испытывал боль? Была ли это реальная боль, как от травмы, или это было что-то в его голове? Это звучало слишком серьёзно, чтобы это можно было исправить просто парой Фиксеров.
В поле зрения медленно прокралась Бу. Я улыбнулась и тихо подзывала её, пока она подбиралась, чтобы я почесала ей гриву. Я выудила слегка помятый тортик Жеребячьей Радости и она счастливо им зачавкала.
