В глазах всё расплывалось из-за не прошеных слёз, кажется, у меня началась истерика, которая должна была случиться семь месяцев назад. Меня трясёт мелкой дрожью, чувствую, как жар опаляет шею и щёки, первый признак того, что у меня поднимается давление, и это очень плохо. Закрываю лицо ладонями, рыдаю в голос, возможно, это гормоны сыграли свою роль. В какой-то момент ощущаю горячие руки на своей спине, меня бережно прижимают к широкой и твёрдой груди, в нос ударяет приятный запах мужского парфюма. Одна рука мужчины приходят в движение, он гладит меня по волосам, спускаясь на спину.
– Тише-тише, пожалуйста, успокойся, – глубокий вдох, – тебе нельзя так волноваться, прости меня. Я ни в коем случае не снимаю с себя вены, ты не представляешь, что со мной творилась, когда я увидел тебя в бывшей фирме Саныча, думал, умом тронулся. Я же всю правду узнал, только после того, как тебя унесли на руках. Я не знал о твоём существовании, Макс сука, скрыл всё от меня, он вывез тебя из особняка ночь, когда вернулась Вероника, просто поменял её на тебя, тем скрыл свою и мою оплошность, – тихий ласковый голос звучит над моей головой.
Он подействовал на меня, как успокоительное, даже не поняла, когда из глаз перестала течь влага. Демьян буквально вжимает меня в себя, мой живот упирается ему практически в пах, видимо моему малышу не понравилось, что его зажали, он начал активно шевелится, буквально прыгал в своём маленьком мирке. Рука шефа замерла на одном месте в районе моих лопаток. Он слегка отстранился, наклонил голову, заглядывая мне в глаза.
– Аника, – в голосе не поддельная тревога, – что с твоим животом? – задает очень странный вопрос.
– Ничего, просто малыш шевелится, ему, наверное, не понравилось, что его прижали, – озвучиваю свои мысли вслух.
Лицо Демьяна вытягивается, глаза широко распахнуты, его взгляд метается от моего лица к животу.
– Это ребёнок так делает? – с неверием в глазах спрашивает мужчина.
– Ну да, – отвечаю на заданный вопрос.
Демьян убирает свою руку с моей спины и кладёт её на круглый живот, не знаю, что произошло, но малыш сильно пинается в неё, одним нехилым толчком. На секунду оба замираем, поднимаю глаза на мужчину, эмоции на его лице меняются одна за другой, он улыбается, переводит взгляд на меня.
– Он мой? – говорит тихо.
– Что? – не сразу понимаю, о чём речь.
– Это мой ребёнок?
Слова Демьяна отрезвляют, убираю его руки от себя, отхожу в сторону. Мужчина следит за мной престольным взглядом.
– Демьян Борисович, разговор окончен! Вам пара уходить, – говорю ровным голосом.
Мужчина опускает голову вниз и качает её из стороны в сторону.
– Нет Аника, мы ещё не договорили, – поднимает голову, скрещивает руки на груди.
Странно, но я совершенно не испытываю чувства страха, сейчас он вызывает во мне злость, которая грозится перерасти в тайфун. Прикрываю глаза, делаю глубокий вдох, стараюсь, успокоиться, в моём положении нельзя испытывать такие чувства, это вредно для малыша.
– О чём? Мне кажется, вы уже всё сказали, – подхожу к чайнику и включаю его повторно.
Мне нужен мой успокаивающий отвар, не помню, когда в последний раз так злилась.
– Ты не ответила на мой вопрос, я всё ещё жду ответа, – очень спокойно произносит слова.
Он серьёзно думает, что я признаюсь! Я не собираюсь строить из себя дурочку, и делать вид, что ни понимаю, о чём идёт речь, но и правды не скажу.
– Нет, это не ваш ребёнок, – стараюсь унять дрожь в руках.
Оказывается, о таких вещах сложно врать.
– Аника, я знаю срок беременности, и я уверен, это мой ребёнок, – делает шаг в мою сторону.
Злость снова набирает обороты, и выходит наружу.
– Нет! Он мой и только мой, – срываюсь на крик.
По довольной улыбке понимаю, что этими словами сдала себя, но это ничего не меняет, малыш только мой.
– Тише, не кричи, – делает ещё один шаг, – конечно, он твой, глупышка, но он ещё и мой, – говорит с улыбкой на лице.
Отступаю на два шага назад и упираюсь в стену, чёрт! Демьян продолжает улыбаться, а я чувствую себя мышкой в мышеловки, которую вот-вот захлопнет здоровенный кот. До выхода из кухни всего каких-то жалких полтора метра, делаю шаг в сторону, ещё один, синие глаза наблюдают за моими действиями с неприкрытым интересом. До выхода остается совсем чуть-чуть, уже делаю шаг, как Демьян оказывается рядом. Он упирается руками в стену по обе стороны от моей головы, нависает сверху своей огромной комплекцией.
– Отойдите от меня, – упираюсь ладошками ему в грудь.
Через тонкую вязку пуловера ощущаю жар его тела, в памяти вспыхивает кадры той ночи.
– Отойду, но не сейчас, – шепчет, приподнимает мою голову за подбородок, – прости, я не могу больше себя сдерживать, – слышу хриплый шёпот.
