Счастье-то какое.
Наши неподготовленные к такому гости из «Волчонка» сидели, будто громом пораженные. Голова у них явно пухла и отказывалась понимать, как мы можем продолжать так флегматично и беззаботно принимать пищу при таком вербальном наступлении на мозг. Но, надо отдать им должное, никто не возмущался, слушали.
Терпите, друзья. Я до сих не уверен, что привык.
— Кстати, Улька… — вспомнил тут я про сувенир.
— Ты, наверное, хотел сказать «Кста-а-ати, Улька», — подначила Алиса.
— Алисонька! — надула губки полуяпонка. — Baka! Karakau no wa yokunai… Тьфу!
Даже как-то не думал, что если очень быстро начать разговаривать на японском, то со стороны это будет настолько забавно звучать. Или это сугубо заслуга Мику? Хотя, честно говоря, с японского произношения я уже давно периодически хихикал, если доводилось слышать таковое. Как в том видео с Тик-Тока — а выяснилось, что японский-то язык я, оказывается, знаю в совершенстве…
— Короче, у меня подарок для тебя, — продолжил я, стараясь игнорировать начинающуюся перепалку гитаристок.
— Подарок? — встрепенулась рыжая-младшая, взвизгнув чуть ли не на всю столовую. — Что ж ты молчал-то, прохиндей такой? Давай сюда!
Девчушка с трудом сидела на месте. Смотреть на это было крайне забавно. Даже захотелось самую малость поиздеваться, растягивая этот момент предвкушения, но подсознание вовремя вспомнило, что это может с легкостью обернуться очередным синяком на моей руке. Так что план был отвергнут в зародыше.
— Держи, мелкая, — протягиваю я ей значок.
Надо обязательно оставить в памяти это восторженное выражение лица. Вскинутые брови, улыбка во весь рот, прищуренные глаза. Да, я и забыл, как, оказывается, приятно дарить подарки.
— Нравится? — задал я совершенно излишний вопрос, даже не пытаясь скрыть самодовольство.
— Ох, Макс, я тебя обожаю, — пропищала Ульянка каким-то севшим голосом и, не выпуская из рук значок, протянулась ко мне через Алису и крепко обняла за шею.
— Ну едрить-мадрить, чего вы тут устроили? — возмутилась рыжая, сама при этом едва сдерживая улыбку. — Жестоко с такой страстью обниматься на глазах у одинокой девушки, знаете ли.
— А ты не завидуй, — хмыкнула девчушка. — И, между прочим, я тоже одинокая девушка.
— Тебе, карапузик мой, рано еще. Радуйся счастливому одиночеству пока есть возможность, — потрепала та ее за волосы.
— Да ну тебя, рано-рано… Ничего не рано, — фыркнула Ульянка. — Душа сейчас любви требует. Большой и чистой.
— Конфет ворованных она у тебя требует, а не большой и чистой, — справедливо заметил Дэнчик.
— А ведь еще утром другом мне был, — рыжая-младшая манерно всхлипнула, затем неожиданно резко наклонилась в его сторону, выхватила у него из рук салфетку, быстро скомкала и с размаху запулила ее точнехонько ему в лоб.
— Да какого… — начал было возмущаться тот.
— Такого, — показала ему язык Ульянка. — Нечего выступать, когда не просят.
— Можно подумать, что часто просят, — обронил я.
— А ты не думай, что раз ты мне значок подарил, то тебе достаться не может!
— Да я вообще молчу, — протянул я, задумчиво попивая чаек.
После ужина никто не спешил расходиться. Все были в ожидании праздничной его части. Наконец, в центр столовой вышли Ольга Дмитриевна вместе с Константином Геннадьевичем. Оба выглядели очень важными и довольными.
— Дорогие ребята! — начала горланить Ольга. — Нашему вожатскому коллективу крайне приятно, что наше спортивное мероприятие завершилось в такой дружеской и по-настоящему пионерской атмосфере! Не в последнюю очередь, благодаря вам и, конечно же, нашим спортсменам!
Все дружно захлопали и закричали.
— Каждый показал себя с лучшей стороны, — при этом вожатая невольно покосилась в нашу с Алисой сторону. — Именно поэтому, в лучших традициях, победила в нашем соревновании дружба! Я горжусь вами! Вы молодцы!
Переждав новый приступ восторженных воплей, Ольга откашлялась и продолжила:
— Как я уже говорила, по этому случаю наши повара приготовили огромный праздничный торт! К сожалению, я понимаю, что на всех его не хватит, но…
Пионеры оживленно и разочарованно зашептались. «Но» уже никто не расслышал. Это не должно было стать новостью, но исходя из растерянного лица Панамки, почему-то стало.
— Главное, чтобы мне достался, — горделиво выпрямила спинку рыжая-младшая. — Я честно выиграла этот торт!
— Вот так сама взяла и выиграла? — с укоризной уточнил Егорыч.
— Конечно, — ответила девчушка будто само собой разумеющееся. — Ну, ты тоже участие принимал. И Дэн. Нет, я не спорю, все молодцы, но я прям молодец-молодец.
— Ну ты, блин, и жучка! — восхищается Света. — Всем бы твою самооценку, вы только подумайте!
— Все, хорош, — вмешивается красная от смеха Алиса. — Свет, не разбалтывай ее, а то она и дальше неправильно роль своей личности в истории освещать будет.
— Кто? Я? — удивляется Ульняка. — Ну ты даешь, Лиска! А ведь еще утром…
— Тишина, пожалуйста, товарищи пионеры! — наконец призвал всех к спокойствию командным басом потерявший терпение Константин.
