В дверь постучали. Это стало благодатью — продолжать этот бессмысленный диалог не было никакого желания. Я вышел в коридор, где встретился взглядом с миловидной девушкой примерно моего возраста, может чуть младше. В руках у нее была переноска, где в дальнем углу прослеживались силуэты котейки.
— Простите, я без записи, на машине ехала, а тут его на трассе увидела, — дрожащим голосом заявила она, указывая в сторону переноски. — Кажется, его сбили, у него вся мордочка в крови, с глазиком что-то. Я его еще на ручки взяла, а он так мяукать жалобно начал…
— Так, успокойтесь, — перебил я ее. Слез мне еще тут только не хватало. — Пойдемте в приемку, я осмотрю. Кристин, на тебе чихуяне… — я вовремя осекся. — Короче, следи за Фокси.
— Перса того с диабетом проверь заодно, — попросила Кристина. — Я к нему недавно ходила, его уже надо будет с капельницы вот-вот снимать.
— Ага, сделаю, — кивнул я.
Уже в приемке, после беглого взгляда на систему, подсоединенную к толстомордому серому персидскому коту, я выудил пострадавшего на свет Божий. Им оказался рыжий котенок, месяцев пяти навскидку. Мордочка действительно была в крови, а правый глазик капитально так заплыл. Пусть достать его из переноски я постарался предельно аккуратно, но прикосновения все равно видно, что доставляли ему дискомфорт, ибо он тут же пронзительно замяукал. Еще и кашель начался. Ох, беда-бедовая.
— Он так мурчит, — жалобно прошептала девчушка.
— Сразу скажу, что на умирающего он не очень похож, — я постарался внести немного оптимизма, но меня не особо-то и слушали. Ладно, чего уж там.
Первым делом обработал мордочку и передние лапки. Отмыл от крови, насколько это было возможно. Заодно наблюдал за поведением. Иногда язык тела может поставить диагноз и без дополнительных премудростей.
— Видите, как головой трясет? — спросил я у девушки. — Явный признак черепно-мозговой травмы.
— Это очень серьезно? — тут же уточнила она.
— Зависит от прочих факторов, — пожал плечами я, доставая градусник. — Так-с, разрешите… Ага, так ты у нас девочка. Мадемуазель, ну прошу прощения за бестактность.
Прием сработал. По крайней мере, второй представитель homo sapiens в этом помещении больше не выглядел готовым разрыдаться.
— 39,4, норма, — отметил я.
Теперь наружный осмотр. Так-так… Мочевой целый, шерсть на задней лапе немного будто слизана, скорее всего последствия небольшого обморожения, не беда. Самое главное челюсть. Только бы не перелом, только бы не перелом…
Котенок недовольно мяукнул, когда я вновь потянулся к мордашке. Видимо, мои первые соприкосновения произвели не лучшее впечатление. Да ладно тебе, женщина, успокойся! Не посягаю я на личное пространство. Исключительно в медицинских целях.
— Все нормально? — жалостливый «мяу» опять вызвал у девушки работу слезной железы.
— Челюсть смотрю, — ответил я. — Если перелом, то будет сильный отек, а мы этого не очень хотим, верно?
Повезло. Челюсть не пострадала. Дальнейший осмотр лап также патологий не выявил.
— Так, ну смотрите — пока клинически, кроме черепно-мозговой травмы, я ничего сказать не могу. Глаз, заплывший кровью, кровоизлияние носовой полости, покачивающиеся движения, ну, Вы поняли. Его немного беспокоят органы брюшной полости, возможно защемление, тут надо с рентгеном смотреть. В остальном — температура нормальная, слизистые нормальные.
— Примерно поняла, — закивала девчушка.
«Умничка какая, надо же», — пронеслась в голове язвительная мысль.
— Сейчас мы ему поставим катетер, в течение двух часов будем капать ему осмотический препарат, который будет снижать давление и выводить жидкость из черепной коробки, потому что при черепно-мозговой в любом случае будет образовываться нарастающий отек, — скучающим тоном принялся объяснять я, заранее предупреждая дальнейшие расспросы. — Ну и плюсом обезболивающее. У меня такой еще вопрос — котик же не Ваш, как я понимаю, поэтому после лечения…
— Я его с собой заберу, — решительно заявила девчушка.
Как скажешь, добрая душа. Я так, помнится, в десять лет подобрал щеночка. Полтора года назад он умер. И я, двадцатипятилетний татуированный мужик, неделю с истерикой засыпал. Своих животных больше заводить зарекся. С чужими возиться куда проще — никакой привязанности.
— Хорошо, — кивнул я. — Завтра тогда ее еще прокапаем, и вечером можете забирать ее, если состояние будет стабильным. Я Вам свой номер оставлю, позвоните, как будет время, я проинструктирую о дальнейших действиях.
Ну и заодно твой номерок тоже буду иметь в виду, хех. А что? Дело-то житейское.
— Да, конечно, — так заулыбалась заразительно, я почти поддался инерции улыбнуться в ответ. Теряю хватку, однако.
— Ладно, теперь взвесимся, и можно будет ставить катетер, — заключил я. — Хорошо, что Вы так вовремя оказали ей помощь и не прошли мимо. Можете собой гордиться.
— Я Света, кстати, — покраснела моя «героиня».
— Максим, — приветливо кивнул я.
А дальше уже дело было за малым. С кошкой, в смысле. Да и в остальном, в принципе, тоже. Но сейчас главное здоровье котейки. Я же все-таки врач в первую очередь.
