— По крайней мере уж точно приемлемо, — заверила меня Виола. — Пойдем, пионер, что ли воздухом подышим, да и иди уже на заслуженный отдых. А то Оля узнает, что мы тут с тобой допоздна засиделись, всыплет мне по первое число, что ее подопечных так нагло эксплуатирую.
Молча выходим в темноту вечернего «Совенка». Я посмотрел на небо, где прорисовывались первые звезды. И ветра почти что нет. Я вообще очень люблю такие вечера. Не в городе, разумеется. Там просто не то, под каким углом не смотри. А вот в моем родном маленьком поселке постоянно на небо таращился. И зимой, и летом.
С удивлением обнаруживаю, что Виола протягивает мне заботливо открытую пачку сигарет. И не какой-то там «Беломор», а очевидно, что очень даже недешевые для восемьдесят девятого года. Но я все же вежливо отказываюсь. Бросил, так бросил, нечего снова начинать. Медсестра понимающе улыбается и закуривает уже сама. Так и стоим, в тишине, укутанные летней прохладой.
— В детстве даже не знала, что так бывает, — тихо заговорила медсестра. — Что вечер, а огней почти что нет. Может, поэтому еще и ушла из городской больницы. Здесь так спокойно. Безопасно, я бы даже сказала.
И ни намека на сальные шуточки. И ведь сразу стала заметна очень интересная манера говорить, будто сначала оценивая каждое слово и уж потом только обдумывая, стоит ли его выпускать на волю или нет. Я так еще, увы и ах, не научился.
Виола докурила и, похлопав меня по плечу, вернулась в медпункт. Я постоял еще на крылечке с минуту, наблюдая за снующими туда-сюда пионерами, и неспешным шагом побрел к себе, наслаждаясь вечерней прогулкой. Даже наушники не вставил. Эта благоговейная тишина была сейчас лучшей музыкой.
Дэнчик уже был дома, играл во что-то у себя на телефоне. Судя по звукам — в так горячо «любимый» мною Geometry Dash, на который и я сам в свое время угрохал немало нервов.
— Как дежурство? — спросил я, падая на кровать. Почему-то от ее вида на меня накатила сильная усталость. Свежий воздух, что ли, так расслабляет.
— Нормально, — ответил тот, мгновенно просияв и начисто забыв об игрушке. — Бродили вокруг столовой, разговаривали о всяком. Она так много о своем маленьком поселке рассказывала. Такой же, как наш, только чуточку более… севернее. Тяжело там, говорит, жить, на самом деле. Но ей нравится. И с таким огоньком в глазах рассказывала, что я аж будто сам там погулял. Ну и да, пригласил ее завтра на танцы. Она согласилась. А, еще нам Ольга спортивную форму минут десять назад приносила, я ее в шкафчик положил.
— Круто, — ответил я, затягиваясь электронкой. — Радует, когда о тебе люди не забывают.
— Ну и чего опять язвишь? — спрашивает Дэнчик, окончательно откладывая телефон в сторону. — Расстроил кто?
— Да нет, — жму плечами. — С ДваЧе опять поцапался, но это уже дело привычное. А так очень хороший вечер. Виола, когда не пошлит, — душка. Не жалею, что помощником у нее заделался.
— А она и так умеет? — удивленно захлопал глазами Дэнчик.
— Сам в шоке.
Я уставился в покрытый небольшими трещинками потолок. Сразу вспомнился разговор с Пионером, о котором я пока не решался упоминать. Стоит ли? Думаю, что все же стоит. В себе все это держать у меня банально сил не хватит. И я вкратце рассказываю Дэнчику о нашей встрече. Особенно подчеркивая то, как он просил меня отговорить его за активисткой увиваться.
— Дела, — почесал репу мой друг. — Чего ж мы ему так поперек горла-то встали? Ему-то какая выгода?
— Нам переживать, дружище, стоит, что как раз-таки этой самой выгоды-то и нет, — отметил я. — Что он просто с нами от скуки контактирует. Это поопаснее будет. Для наших жопок в первую очередь.
— Не было печали, — вздыхает. — Ладно, предлагаю пока что об этом не думать. Чего на себя панику наводить почем зря?
И то верно.
Я снимаю с себя форму, закутываюсь в одеяло и достаю Адамса. Почитать сейчас перед сном — самое то.
— Что толку от твоей жизни? Во что ты ее превратил?
— Но я был Президентом Галактики!
— Ну и что? — пробормотал предок. — Не бог весть какая карьера для Библброкса.
— Президентом всей Галактики!
— Самодовольный щенок!
Согбенный старец приблизился к правнуку и похлопал его по колену. Ничего не почувствовав, Зафод вспомнил, что говорит с привидением.
— Нам-то с тобой известно, что значит быть Президентом, юный Зафод. Тебе — потому что ты был им, мне — потому что я мертв, а это позволяет глядеть на вещи с величественной вышины. У нас, у духов, в ходу поговорка: «Живые понимают в жизни, как свинья в апельсинах».
— Глубоченная мысль, — сказал Зафод. — Только афоризмов мне сейчас и не хватало.
Комментарий к ДЕНЬ 2. БЫВАЕТ ДАЖЕ ЗДОРОВО
Ну вот и второй день подошел к концу. Получился он чуть длиннее, чем я рассчитывал, но итоговый вариант меня все равно устраивает. Надеюсь, что и вам нравится моя эдакая графомания:D
Третий день не за горами, а пока комментируйте, ставьте лайки, указывайте на недостатки и все в таком духе. Приятного чтения!)
========== ДЕНЬ 3. ВЗГЛЯД ==========
