– Да не, все нормально, – ответил я. – Просто не мое это. Кайфа не вижу. Но также не вижу ничего плохого в том, что кто-то другой ценит это творчество. Я весьма толерантный человек. Кстати, спасибо, что выручила. За мной должок.
– Да ладно тебе, – отмахнулась Алена. – Лучше скажи, как посидели?
– Да, в целом… – начал было я тираду, но тут заметил в глазах девушки хитрый огонек. И тут долько дошло, что обращалась она ко мне во множественном числе. И эта оговорочка явно не из глубокого уважения к Вашему покорному. Неужто не просто так она меня на сцену отправила? – Мне кажется, или кто-то знает немножечко больше, чем говорит?
– Кто знает, – пожала плечиками Алена. – Но я рада, что вы помирились. А то Алиса с утра сама не своя ходила.
Вот хитрюга!
– И как давно вы это спланировали? – поинтересовался я.
– Поправочка – я спланировала, Лиска ни о чем не догадывалась, – улыбнулась Алена. – Но уже после того, как мы с тобой договорились, что пойдем сюда вместе, если что. На тихом часу с ней и Ульянкой на пляже были, разговор как-то о тебе зашел, вот тогда в моей голове и родился план. Я знала, что она вместо танцев туда пойдет, вот и думала, как бы тебя туда спровадить. А ты мне сам решение подсказал.
Да уж, ситуация. А Аленка-то, оказывается, та еще интриганка. Я даже проникся невольным уважением. Так все провернуть красиво еще постараться надо. Куда уж там моим топорным, пусть и удачным попыткам свести Женю с Электроником.
– У меня только один вопрос – зачем? – все же спросил я, хоть и понимал, что в целом это лишнее.
– Ну, думаю, что Алисе не помешал бы рядом такой человек, как ты, – рассудила она. – Здравомыслящий, но при этом не гнушающийся игнорированием установленных правил игры. Чтоб она была с кем-то на одной волне помимо меня и Ульянки. И разделил все ее трудности, а уж, поверь, их не мало, на двоих. Ей порой бывает… тяжеловато с кем-то установить контакт. А с тобой вот получилось.
– Интересного ты обо мне мнения, – хмыкнул я.
– Самого лучшего. Я же говорила, что ты мне интересен, забыл? – подмигнула девушка. – А с Лиской у нас вкусы на парней примерно схожи. Так что, думается, я все правильно сделала.
– Странно, я был уверен, что в таких случаях девушки обычно начинают ревновать, – не удержался я от укола.
– Макс, мне только на следующей неделе будет пятнадцать, – махнула рукой Алена. – Успею я еще найти того самого. Ты ей нужнее.
Ясн… Стоп, что? Ей четырнадцать? Логично, конечно, с учетом, что Лене шестнадцать, но… Еще более неловкой эта ситуация не могла стать, верно?
– Здравые… рассуждения, – согласился я, нервно улыбнувшись.
– Спасибо, – кивнула Алена, внимательно следя за происходящим на импровизированной сцене. – Жалко, конечно, что этот вечер уже скоро закончится. Вряд ли прощальные танцы будут такими же веселыми.
– Прощальные? – уточнил я, мысленно прикидывая, как можно чисто по приколу включить песню «Аch so gern» Тиля. Вот смеху будет.
– Ну, в конце смены, – пояснила девушка. – После концерта самодеятельности. Ты уж это, Алиску-то позови на них. Если вы, конечно, опять в щепки не разругаетесь.
Да, блин, дожить бы еще до конца смены. А то здесь черти что твориться начало, спасибо Пионеру, будь он дважды неладен. Впрочем, если доживу…
– Подумаю, – ответил я без четкой определенности. А там уже заиграла Анна Асти. Убейте меня.
Да уж, тебе все можно. И ведь это именно то, что я готов был сказать Алисе несколько минут назад.
– Эх, мужчины, – вздохнула Алена. – Хотя вот Денис, например, явно не теряется в ситуации. Может, вы не так уж и безнадежны.
Я сначала не особо понял, о чем она толкует, но повторив траекторию ее взгляда, осознал в полной мере – мой друг в центре внимания танцевал со Славей. Причем танцевал далеко не по-пионерски, когда парочка едва друг друга касается. И даже все равно, что далеко не в такт мелодии. Наблюдавшие за этим действом вожатые нервно стреляли глазками в поисках, наверняка, Ольги Дмитриевны. Этика требовала немедленно прекратить сие безобразие, ведь их примеру уже начинали следовать и прочие пионеры, а в СССР, как известно, секса нет, но авторитет Слави в «Совенке» немного сбивал им карты, посему они и не решались как-то самостоятельно их осадить.
Да здравствует безоговорочная капитуляция пуританства!
– А они клево смотрятся вместе, – отметил я, искренне радуясь за друга.
– И не поспоришь, – кивнула мне Алена.
Песня закончилась, и Славя с Дэнчиком, взявшись за руки, отвесили толпе поклон, которая тут же откликнулась овациями. И только сейчас вожатый Витя все же набрался смелости и громогласно, пусть и не до конца уверенным голосом, объявил, что пора бы уже всем сворачиваться на боковую. За что тут же справедливо был освистан. Парень отчаянно вперился в толпу, ища Ольгу, но той и след простыл. Шумно выдохнув, он вновь повторил свое распоряжение и, гордо подбоченившись, ушел в закат.
