На площади неторопливо, торжественно шагало четверо человек. Трещал барабан, ревел горн, то и дело распугивающий желающих понежиться на теплом асфальте площади голубей. Впереди выступала Женя, а за ней вышагивала троица наших помощников.
– Гоша? Почему не в ногу? Женя! Отстаешь! – командовала библиотекарша. – Гоша, ну опять не в ногу! Юра, поправь галстук! Раз-два-три-четыре! Раз-два-три-четыре!
За всей этой процессией исподлобья поглядывали Ольга Дмитриевна вместе с Витей. Возле них крутилась Славя, вчитываясь в какой-то листок и беспрерывно нашептывая себе, видимо, его содержимое под нос.
– Чувствую, мы еще легко отделались, – заметил Дэнчик. – Я тебе со всей ответственностью скажу – маршировать на плацу – одно из самых паршивых занятий из возможных.
Так сказал, будто от того, что кто-то другой работает мне должно стать легче, ага.
Возле столовой шумел третий отряд. Точнее – двое его членов. Аленка и тот парнишка, который был вечно чем-то недоволен во время нашей поездки. Девушка с запалом чеканила ругательства, выставив вперед одну ногу и рубя ладонью воздух:
– Если ты, скотина, хоть один раз еще назовешь меня «дурой», предупреждаю, тебе не поздоровится!
– И что ты сделаешь? – защищался ее соперник. – Подругу свою рыжую натравишь? Или этого, «кавалера» своего? Да на здоровье, я его не боюсь!
– Он, вообще-то, вожатого нашего за пояс заткнул… – робко вставила их подруга.
– И что? – выпятил грудь парнишка. – Я тоже могу, дальше что?
– Ага, может он, – прыснул второй паренек, до этого хранивший молчание.
– Ой, привет, Макс! – внезапно весело махнула Аленка мне рукой.
Третий отряд мигом угомонился и расплылся в максимально дружелюбных улыбках. Детский сад, штаны на лямках.
Мы отнесли землянику к заднему ходу и сдали продукты с рук на руки одной из местных поварих. На удивление, она оказалась довольно молодой и приятной девушкой. Даже как-то странно было. Явно не вписывалась в шаблоны.
Когда мы вернулись к главному входу, то с удивлением обнаружили на крыльце, помимо четверки третьего отряда, Федю Сухова и Толика Полено. Они сидели вдвоем, в противоположном от остальных пионеров углу, с предельно угрюмыми лицами. Однако при нашем появлении Федя внезапно улыбнулся:
– Привет, ребят!
Мать честная, они говорящие!
– Эм… привет, – растерянно поздоровался я. Дэнчик, находящийся в не меньшем шоке, вяло махнул рукой.
– Вы к кибернетикам после обеда? – спросил Федя спокойным, почти что бархатным голосом.
– Ну, типа того, – ответил я. – А с какой целью интересуешься?
– Да нас же с Толиком вожатая тоже к ним подрядила, – объяснил Федя. – Типа, вся мужская половина отряда будет заниматься подготовкой ко Дню Нептуна.
– М-мы еще в по-постановке у-участвуем, – добавил Толик почему-то заикающимся голосом. – Пи-иратов играем.
А, теперь понятно, почему не эту парочку подрядили в нашу дурацкую самодеятельность. Они уже, оказывается, заняты. А я уж было грешным делом думал, что они тут вообще ничего не делают.
– Толь, а ты чего так занерничал-то? – спросил у него Дэнчик. – Мы тут все в одинаковом положении, никто ни над кем смеяться за участие в постановке для детей, вроде, не собирался.
– Да это он не нервничает, логоневроз у него, – ответил за того Федя. Потом как-то виновато нахмурился мохнатыми, низко нависшими бровями. – Вас же это не смущает?
– Нет-нет, что ты, что ты! – хором ответили мы с Дэнчиком.
Покажите мне нормального человека, которого бы это смущало. Подумаешь, дефект речи. Тем более у Толика еще не все так плохо.
– Это х-хорошо, – простодушно улыбнулся тот. – Я поэтому и предпочитаю м-молчать. Мне с-с-сложно из-за это с лю-юдьми сходиться бывает.
– Да брось, Толь, – я постарался улыбнуться как можно более дружелюбно. – У меня, как видишь, проблемы со зрением, Дэнчик вообще нервозная истеричка…
– Офигел?
– …так что в какой-то степени мы тебя понимаем.
– Знаешь, в твоем случае очки тебя даже как-то делают более мужественным, – подлетела ко мне Аленка, повиснув на плече.
Ой, какая прекрасная для моих ушек лесть, вы только посмотрите!
– Еще раз привет, Ален, – поздоровался с ней Федя.
– Знакомы? – спрашиваю.
– Они с Леной одноклассники, – ответила Аленка. – Ну и с Лиской соответственно.
– Тут, смотрю, много, кто из одной школы приехал, – отметил я.
– Да не очень, на самом деле, – возразил Федя. – Из нашего отряда, например, только я, Лена и Алиса. Тут ребята со всех уголков Союза набрались. Толик, например, из Богородска.
– Путевка д-досталась в этом году сюда, – вставил тот. – Раньше в «Маяк» е-ездил, в Нижегородской об-бласти.
– Ну да, Славя так вообще откуда-то с севера, – кивнул Дэнчик.
– Кто о чем, а вшивый о бане, – хихикнул я.
Видимо, мой друг в этот момент пришел к выводу, что просто рассердиться на вторую подряд шпильку будет уже как-то несерьезно, поэтому он только усмехнулся и проговорил снисходительным тоном, словно обращаясь к ребенку:
– Ишь ты, какой!
– Хотите, кстати, на сценарий Дня Нептуна глянуть? – как бы невзначай спросил Федя. – Оцените весь масштаб трагедии.
– Ой, нет, спасибо, нам и своих сценариев хватает, – нервно ответил я.
