В конце концов, вот Фирс же принимал меня такой, какая я есть и это одна из причин, почему он смог стать для меня самым близким на свете. Возможно, я хотела, чтобы Зейн…
Невольно задержав дыхание, я попыталась улыбнуться, ощутив, как от этого движения маска на моем лице дала трещину и с меня посыпался песок… в прямом смысле слова.
— Поговорим в Башне, — сказал Зейн, и сняв с себя своё верхнее одеяние, тут же укутал меня в него точно младенца. Одна глиняная голова осталась торчать снаружи.
Не говоря ни слова, он подхватил меня на руки и размашистым шагом устремился к своему аеши.
Тут нас ждало очередное испытание. Пристегнув меня ремнями к седлу, Зейну пришлось спешиться, чтобы помочь Ясу…затащить на спину аеши Фирса.
Я душой отдыхала, смотря на то, как два сильных мужчины заталкивают Эдвина на спину пока ничего не подозревающего ящера. Факт того, что это не я подпихиваю опекуна, заставлял блаженно прикрывать глаза. Только сейчас я в полной мере осознала, как умаялась за этот день.
Стоило Фирсу оказаться верхом, как Яс попытался пристегнуть их вдвоем к седлу. Но, куда там…ремней катастрофически не хватало. Пришлось мужчине пристегивать себя, а Фирса приматывать поясом от формы к талии мужчины. Честно сказать, было боязно, что если опекун вылетит из седла, то Яс рискует сломать себе позвоночник. Но, мужчина рисков не осознавал и безрассудно отдал команду аеши встать и идти, что вышло далеко не сразу и как-то волнительно. Под весом двух мужчин ящер странно накренился и попытался воткнуться головой в землю, чудом выровнялся и с трудом, но всё же поднялся.
«Нет, уж, больше никаких халявных пирожков из столовки! А, то, знает, что я не могу ни единой булочки в рот положить, так заставляет меня их собирать и ему вечером заносить! Хватит!», размышляла я, глядя на это безобразие.
Со дня пожара в квартале Падших Лилий я с содроганием сердца представляла, как Фирс застревает между двух горящих домов, а теперь вот ещё чуть бедного ящера не раздавил. Не дай бог ещё и Яса укокошит.
Твёрдо решив поставить опекуна на путь праведный и заняться его здоровьем, я пропустила тот момент, когда за моей спиной оказался Зейн и споро пристегнул уже нас двоих к седлу животного. Оказаться так близко к нему, в тепле его рук, окутанной его запахом, оказалось необыкновенно волнительным. Моё бедное сердечко часто-часто застучало и на какое-то время я вообще забыла при каких обстоятельствах оказалась в его объятьях.
— Ты продрогла, — прошептал он, склонившись ко мне, отчего его губы задели мочку уха, разгоняя мурашки по коже.
— А ты совсем не хочешь спросить, что мы там делали? — задала я вопрос, от ответа на который могло зависеть очень многое между нами.
Если бы Зейн избил Фирса кирпичом…я не уверена, что между нами не то что были бы возможны дальнейшие отношения… Я в его выживании-то после такого уверена не была бы и мне было бы совсем не важно, что он не знал бы, кем для меня является Фирс.
— Не раньше, чем мы окажемся в Башне, ты примешь душ, поешь и переоденешься в чистое, — коротко ответил он и я позволила себе понадеяться, что, может быть, мне удастся всё объяснить…
— То есть, — стоило Зейну заговорить и мне стало совсем не по себе.
Его зелёные глаза вдруг показались какими-то мистическими, словно некто зажёг в них яростное пламя, которое способно как сжечь дотла, так и заморозить причем одновременно. На миг я даже испугалась, что оно направлено на меня за то, что я так радикально поступила с его отцом. Конечно, я бы не позволила ни ему, ни кому другому так просто на меня наехать, кирпич то, как ни крути, был всё ещё при мне. Но, всё же, эффект неожиданности был утрачен. А, что если он совсем-совсем разозлился⁈
— Мой отец приказал похитить вас, чтобы поговорить? — почему-то показалось, что он странно шипит, будто змея.
— Да, — кивнула я, немного неловко. — Не знаю, если честно, чего он хотел. Я же его в принципе первый раз увидела, но после того случая с Алисандрой… В общем, я может переборщила немного, но он тоже хорош! — воскликнула я.
Решив, что хватит уже оправдываться. Ещё чего⁈ Пусть радуется и ручки целует, что до воды не докинули, а то б кормил бы местных карасей и не отсвечивал больше!
— Кто так делает⁈ По нормальному побазарить нельзя что ли было⁈ — воскликнула я и тут же смутившись поправила себя. — Поговорить, то есть. Я так-то не бью никого без причины, зверь я что ли в самом деле… — уже тише прошептала я, опустив глаза.
— Элия, — на моих щеках вдруг оказались горячие ладони Зейна, а сам мужчина опустился на колено у моих ног. — Прости, что тебе пришлось пережить это, — вдруг сказал он, заставив меня испуганно замереть.