Вдруг обернулся он ко мне лицом и прошил меня насквозь своим сияющим потусторонней синевой взглядом.
Что я могла понять?
Единственная мысль, которая почему-то крутилась у меня в голове, была до ужаса забавной, потому как у Торта похоже «крем потёк», образно выражаясь, конечно.
— Послушай, Эрион, ты только не волнуйся, — не спеша соглашаться с парнем, нарочито спокойно заговорила я. — Давай присядем, всё обговорим и успокоимся…
— Да? — нахмурился он. — Не уверен, что это нужно? Хотя…конечно, человеки бывают туповаты, когда нужно принимать верные решения, — с умным видом кивнул этот… и потащил меня к ближайшему столу, усаживая за него.
Вокруг все куда-то спешили, суетились, а мы сидели, словно происходящее нас не касалось.
— Знаешь ли ты, как можно разорвать пространство? — вдруг спросил этот двухметровый пупсик, посмотрев на меня так, будто я конечно же знаю! Ну, или очень хочу узнать.
— Слушай, Торт, ты бы завязывал, — сжав кулаки, едва сдерживая гнев, начала заводиться я. — Не знаю, что у тебя случилось, но коли чердак потёк, то нужно разобраться с ремонтом, пока не поздно…
— Нужна жертва, — выдал он и мне стало по-настоящему жутко. — Смерть и частичка божества. Так когда-то она смогла открыть пространство, чтобы заточить меня — принесла в жертву одного из моих детей. Кровь солем, свет солем и отчаянье солем, понимаешь? Это вкупе разрывает пространство. А, знаешь, что может соединить его вновь? — Торт смотрел на меня своими необыкновенными сияющими глазами и гнев во мне утихал.
Я будто летела куда-то в глубины чего-то вечного, знающего, истинного. Его пальцы скользили по моим запястьям, безо всякого труда снимая браслеты на них. Позволяя энергии струиться по телу.
— Не так сложно, на самом деле, — улыбнулся он, а я забыла, как дышать, смотря на то сияние, что рождалось в этот момент на дне его глаз. — Искреннее желание подарить свой свет этому миру! Ты не думай, я помогу тебе, а ты сейчас должна помочь ему, — немного озорно подмигнул мне Торт и похлопал меня по моей сумке с кирпичом.
Прежде, чем я в полной мере осознала, что произошло, он толкнул меня куда-то в область солнечного сплетения и мир словно замер вокруг. Я падала и падала куда-то в бесконечность, чтобы уже в следующую секунду оказаться в настоящем аду!
Выйдя из портальной точки гарнизона, Зейн понял, что происходит нечто за гранью обычного прорыва. То, с какой скоростью тянуло из мира единую силу, говорило о том, что будет непросто. Но, когда он увидел настоящее поле битвы, распространившееся далеко за пределами ущелья, где схватились оборотни, альвы, аршваи рам против всё прибывающих тварей бездны:
— Ясмен, — позвал он друга, который прибыл к разлому вместе с ним.
— Да, Зейн? — голос мужчины был спокоен, а сам он казался предельно сосредоточенным.
— Держись рядом, — коротко бросил Зейн, доставая парные клинки из зачарованной стали, которыми придётся знатно поработать, чтобы сберечь силы для разлома. — Продвигаемся вглубь, как можно стремительнее, — продолжал он давать указания своему отряду, хотя все аршваи рам и так понимали в чем состоит их задача. — Не размениваться, не затягивать, предельно быстро, пошли, — скомандовал он.
А, дальше началась безумная бойня, где нужно было одновременно двигаться, убивать всё прибывающих тварей начиная от хош, огромных бронированных кошек, до отвратительно юрких сороконожек в человеческий рост, которые с лёгкостью могли перекусить человеческую кость своими ядовитыми жвалами. На пределе сил, пробираясь всё глубже и глубже, игнорируя потери отряда, потому что ни у одного из них не было иного выбора, кроме как двигаться вперёд.
Чем ближе к разлому, тем тяжелее становилось передвигаться, тем острее чувствовалось, как покидает их мир единая сила, лишая тела той же быстроты, выносливости и энергии.
Постепенно отряд всё больше растягивался. Аршваи рам вынужденно отставали, погрязая в затянувшихся схватках с монстрами. Зейн и Яс двигались в паре. Неожиданный выпад откуда-то с боку, где всего секунду назад никого не было, пробил со спины плечо Ясмена кончиком хвоста какой-то зубастой твари, чем-то напоминающей аеши. До разлома было всего рукой подать, когда существо дернуло хвостом, с насаженным на нём Ясом, и с неимоверной силой отшвырнула его так, что мужчина отлетел, ударившись о стену ущелья. Он упал и остался лежать без движения на земле. Зейн не мог ни кинуться на помощь другу, ни обойти тварь, чтобы помочь тем, кто сейчас пытался затворить разрыв. С его пальцев соскальзывали заклинания, но они отскакивали от толстой шкуры монстра. Эта потусторонняя ящерица казалось совершенно невосприимчива к воздействию единой силы. В ход шли клинки, но и они лишь слегка царапали броню существа. Стремительная звериная сила в огромном теле, заставляла его кружиться, уворачиваться от всё новых выпадов, когтей и зубов, что постоянно искали возможность сомкнуться на его теле.