— Итак, недорогие коллеги, первый раунд за нами. Кстати, чувствую, зря я так сильно ограничил в методах расправы наших леди — девочки могли бы развлечься и с куда большим размахом.
— А не заткнулись бы вы? — прошипел магистр Даэтара в зеленой мантии.
— А не заткнулся бы! Я может быть счастлив и мне может быть хочется поговорить! Кстати, перчика? Поверьте, горечь поражения будет дивно сочетаться с самым жгучим перцем Юга! Ильхан, а ты что скажешь?
— Ничто не подчеркивает сладость победы так, как изысканное сладкое вино. Мадемуазель Асьен, составите мне компанию?
Я остановилась, вопросительно глядя на Каенара. Но кронпринц едва ли слышал хоть что-то — он с трудом переставлял ноги, в четком направлении к целительской палатке. С содроганием вспомнила, что он принял на себя три удара посохами. Целых три удара. Об него три посоха сломали. Жан-Люк только один удар получил и его сейчас несли на носилках, а Каенар выдержал три…
— Прошу меня простить, — пробормотала обоим магистрам, и поспешила за кронпринцем.
Каенар сильный и гордый, несмотря ни на что он идет, стараясь никому не показать насколько ему плохо, не выдать свою слабость. И отчасти я понимаю причины побуждающие к подобному — он лидер, он должен казаться сильным, что бы ни случилось, но три посоха…
И догнав Каенара, я схватила его за руку и потянула за собой в нашу палатку.
— Асьен, нет! — почти прорычал наследник империи.
И в этот момент что-то грохнулось позади нас.
Все кто был способен — резко развернулись и потрясенно уставились на нечто непостижимое. Принц Эльтериан держал на веревке семерых связанных даэтарцев. И его высочество был совершенно невредим, ни одна пуговка на его рубашке не пострадала, и прическа оставалась столь же безукоризненной. И эти семеро даэтарцев, которых унизительно поставили на колени…
— Неплохо, — был вынужден признать магистр Ксавьен.
«Плохо! Очень плохо!» — испуганно подумала я.
Победу фактически одержал Каенар, но какой ценой — большинство студентов Боевого факультета были ранены, некоторые находились без сознания, девушки с Ментального факультета все оказались испачканы кровью, а Эльтериан появился как рыцарь в сияющих доспехах, столь показательно легко одержавший победу над семерыми превосходящими его в размерах даэтарцами.
Миг всеобщего потрясенного молчания, пошатнувшийся Каенар, и я не придумала ничего лучше, чем тихо сказать здесь и сейчас:
— Утром вы сказали, что ваши чувства не взаимны. Но это не так.
Стремительно повернув голову, мой Ангел Смерти неверяще воззрился на меня, а я воспользовалась его замешательством, чтобы самым коварным образом, увести кронпринца в нашу палатку.
И ко Всем Тварям Нижнего мира сотни раз проклятого Эльтериана — он сразил всего семерых в одиночку, а вот Каенар одержал победу как истинный лидер, и его победа была победой всего ВАДа.
Кровь под одеждой. Удары казавшихся отполированными до блеска посохов, оставляли отметины, которые посрамили бы и шипастые булавы.
— У тебя руки дрожат, — произнес Каенар, неведомо как остающийся не только в сознании, но и оказавшийся способным сидеть ровно на краю его постели, в то время как я судорожно снимала с него одежду.
— Асьен, сними маску, — прозвучало просьбой.
Дернув завязки скользкими от его крови пальцами, сняла ее и отбросила в сторону, продолжив заниматься раздеванием кронпринца.
И едва Каенар оказался полностью обнажен до пояса, я заставила себя не смотреть на то кровавое месиво, в которое он превратился местами, и, протянув ладонь, попыталась призвать магию. Но бывший герцог Риддан не позволил. Перехватив мою руку, он притянул меня к себе и, глядя в мои полные слез глаза, хрипло и с трудом произнес:
— Перед началом войны с Даэтаром, я, как и любой ответственный полководец, изучал язык вражеского государства.
Вот так одним предложением, Каенар дал понять, что слышал все, сказанное пленными. Слышал и понял.
— Но ты, — продолжил кронпринц, — несмотря на понимание языка и некоторые знания об этих жрицах, похоже не знаешь главного — целители Небесной Аркалад никогда не исцеляют напрямую поражения, оставленные шаманками Нижнего мира. Знаешь почему?
Я отрицательно покачала головой… я не знала.
— Потому что излечить подобные раны магией, можно лишь приняв часть боли на себя. Я не хочу, чтобы ты это делала! Перевяжи мои раны и отправляйся за магистром Сайдакором.
Молча кивнув, я поднялась, делая вид, что собираюсь пойти за водой и бинтами для перевязок, но стоило отойти на три шага, как я вскинула обе руки, призывая свою магию.
Каенар оказался прав — то, что ранее я могла исцелить лишь усилием, не испытывая боли, сейчас принесло мне невыносимые страдания. Мои ребра с хрустом ломались, когда его срастались, заживая на глазах. Мои внутренние органы получали повреждения, когда его переставали истекать кровью. Мое тело покидали силы, в то время как сила возвращалась к нему. И когда Каенар вскочил, взбешенный как никогда в жизни, я рухнула на пол, задыхаясь от боли.
Но он смог вскочить…
Он смог.
Он был в порядке. Вот и дивно.
