— Эльтериан говорил, — беря второй сухарик, задумчиво произнесла она, — что в Суассоне у вас была одна весьма своеобразная особенность — вы могли угадать любимое блюдо того или иного человека. Именно так вы завоевали доверие… кронпринца, чтоб его. Говоря откровенно, тогда я усомнилась в ваших способностях, но сейчас… «Хлеб воина» весьма сложное в приготовлении блюдо, но вы не только сумели приготовить это, но и сделать вкус универсальным. Ваш дар вернулся к вам в полной мере?

Дара угадывать любимые блюда у меня никогда не было, но едва ли я могу позволить себе глупость рассказать об этом.

— Рада, что вам понравилось, — вежливо ответила леди.

— Рада, что не сижу здесь в полном одиночестве, — вдруг с грустью произнесла Сарская. — Одна я не рискнула бы уйти, другие заметили бы.

Мне хотелось бы уточнить причину подобного, но тут мы оказались в окружении.

— Мадемуазель Асьен, — ректор Нуэнта появился совершенно неожиданно, а за ним послушно прыгал низкий столик, — вы великолепны!

— Поддерживаю, — за столиком шагал магистр Ксавьен, с полным подносом еды. — Ты, эта, как тебя там по имени, организация лагеря на высшем уровне!

— Даже полноценная ванна прямо в палатке! — магистр Ильхан явился сияя драгоценностями, которые излучали свет, и за ним послушным псом прыгал низкий топчан. — Асьен, я думал ничего лучше чем высший бал его императорского высочества, я не увижу! Но принять ванну на краю мира, с видом на заходящее солнце, под вой подгрызаемых даэтарцев — это неповторимо!

Вернув маску на место, потому как есть в компании одного только магистра Ксавьена уже не было никакого желания, вежливо ответила:

— Бесконечно рада, что мои старания окупились.

И тут же обратилась к ректору:

— Магистр Нуэнта, но разве вы не собирались вернуться в Небесный город?

— И пропустить такое? — магистр уселся за столик, разместив на нем свой наполненный разнообразной едой поднос. — Мадемуазель Асьен, в организации чего-либо равных вам нет, но вы, похоже, ничего не смыслите в развлечениях. Это ранее я скрывался с места, стараясь исчезнуть до того, как палатки начинали рушиться, в привезенной для полевой кухни продовольствии обнаруживались насекомые, а мясо оказывалось протухшим. Даэтарцам нет равных в каверзах, уж поверьте мне. А студентам, попавшим в условия, где все рушится на глазах, можно было лишь посочувствовать, но никак не пытаться пробудить в них стремление к победе. Но теперь все иначе!

— Определенно иначе, — поддержал магистр Ксавьен, — даже павлин этот пафосный не сбежал, что странно.

— Ворон общипанный! — не сдержался магистр Ильхан. — Я не в том возрасте, чтобы существовать в условиях, не соответствующих моему представлению о комфорте! Однако сейчас я всем доволен.

— Кстати, господа, — магистр Сайдакор появился абсолютно бесшумно, — и уселся рядом с магистром Ксавьеном, бесцеремонно отодвинув того от ректорского столика, — с каких пор в вашем унылом, отсталом и позорном заведении для не Великих и не Достойных стало так весело?

Магистр Ксавьен и ректор Нуэнта переглянулись и разом указали на меня, после чего спокойно продолжили есть. А я приготовилась выдержать очередную фразу обо мне, или же услышать очередной вопрос, или еще что-либо, но взгляд целителя остановился не на мне. Магистр Сайдакор, словно позабыв о еде, пристально смотрел на леди Сарскую. И под его изучающе-внимательным взглядом Сибилла перестала жевать.

— Как интересно, — не отрывая взгляда от девушки, произнес целитель. — Весьма и весьма интересно… Магистр Ксавьен, а вы ничего не хотите мне сказать?

— Нет, — мгновенно ответил последний, и насыпал в свой салат пригоршню острейшего перца. — А что?

Но, несмотря на кажущуюся отрешенность и полнейшее безразличие, именно магистр Ксавьен молниеносно подал руку, едва леди Сарская начала вставать. И эта забота, проявленная в казалось бы более чем естественном между этими двумя жесте, сказала больше, чем тысяча слов.

Мы все молча проводили уходящую леди Сарскую напряженными взглядами, и только магистр Ксавьен оставался все так же совершенно невозмутим.

Он сумел сохранить полнейшую невозмутимость, даже когда магистр Сайдакор прямо спросил:

— Чей это ребенок?

— Это? — с деланным изумлением переспросил магистр Ксавьен. — Насколько мне известно, это единственная дочь лорда Сарского и его первой супруги леди Эштен. Не знал, что вас интересует родословная наших студентов.

И магистр вновь продолжил поедать несъедобное.

А целитель Сайдакор почему-то посмотрел на меня… в стотысячный раз порадовалась тому, что на мне маска, но осанку и выдержку приходилось сохранять в любом случае.

— Мадемуазель Асьен… — начал было целитель.

— Ты, эта, как тебя там, на пару слов, — перебил его магистр Ксавьен. — Срочно.

Я торопливо поднялась сама, проигнорировав жест помощи, в виде протянутой магистром руки.

* * *
Перейти на страницу:

Все книги серии Второй шанс [Звездная]

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже