— Кажется, это ты ничего не понимаешь. Я — представитель Серой Ветви, любое слово, любое мое действие мне спустят с рук, — нехорошо улыбнулся мужчина, после чего плавно шагнул в мою сторону и с силой схватил за тот самый несчастно травмированный локоть, — Даже если я силком затащу высшую в кровать… Тем более, ты ведь и сама ничего не скажешь, это ведь такой позор, такие сплетни…
— Я смотрю, хватать за руки и тащить силой невесть куда — отличительная черта вашего рода, — мрачно заметила я, дернув локтем в попытке освободить конечность, — Впрочем, как наглость, грубость и неуважение. Ты хоть знаешь, кто я такая и что тебе за это будет?
— Брось строить из себя недотрогу! К Элисару тиэ заглядывают только за одним… Так чем я хуже? Поверь, в постели я такой же неутомимый любовник, как и он.
— Два вопроса, — ехидно начала я, чувствуя, как все больше начинаю беситься, — А откуда ты знаешь, какой он в постели? Неужели сам проверял? Тогда понятно, почему ты так не хочешь меня пускать к Элисару…
— Да ты… — зло сощурился мужчина, с силой сжав мой многострадальный локоть.
— Да я, и я еще не закончила. Второй вопрос, насколько я помню, ты говорил, что Элисар освободится минут через пять-десять? И это самое время ты предлагал мне скрасить весьма любопытным способом… А потом вдруг заявил, что ты еще и в постели неутомим. Так, вот, скажите мне, дорогой мой, как эти несчастные пять минут можно назвать неутомимостью? Кажется, ты слишком приукрашиваешь собственные…пятиминутные возможности, — да я нарывалась, насмехаясь над одной из самых важных для мужчин тем. Стала бы я так шутить, будь на его месте Элисар? Нет, конечно, думаю, тогда меня просто бы убили на месте.
Этот же мужчина, судя по реакции, был достаточно молод, так как вместо того, чтобы выхватить кинжал, висящий на поясе, и просто меня прирезать, он с рыком «Ах ты эр’ха!» просто замахнулся для хорошей такой оплеухи! Ждать, когда мне прилетит по лицу, я, конечно же, не стала. Вместо этого хорошенько размахнувшись, со всей своей тщедушной силы пнула мужчину в живот, отчего тот с грохотом впечатался в дверь кабинета. Стоит ли говорить, что после подобного, мгновенно придя в себя, сирин вспомнил о собственном кинжале? Против холодного оружия у меня не было никаких шансов, потому я развернулась и приняла стратегическое решение — бежать. Надеюсь, метать кинжалы он не умеет, либо делает это настолько плохо, что промахнется…
К счастью, убийственные намерения сирина и мою попытку к бегству прервали. Резко открылась дверь, огрев моего обидчика по затылку, и из кабинета выглянул жутко недовольный Элисар. Обозрев открывшуюся ему картину, мужчина удивленно вздернул одну бровь и полюбопытствовал:
— А что, собственно, тут происходит?
— Мое убийство, — мило улыбнулась я, стараясь не смотреть в кабинет дяди, а именно на то самое многострадальное кресло…которое сейчас не пустовало. Хм, помнится сегодня как раз должны были привезти того самого сирина, что воровал деньги у Хассира…
— Убийство? Тогда не буду мешать, продолжайте, — насмешливо хмыкнул Элисар, после чего развернулся, явно намереваясь вернуться в кабинет.
— Стоять! Ты что, просто так уйдешь, зная, что меня тут убивают?! — искренне возмутилась я.
— А в чем проблема? Ты у нас боевым приемам обучена, он еще толком обучение не прошел, оружием владеет просто отвратительно, так что шансы на победу у вас одинаковые, — легко пожал плечами мужчина.
— Ты издеваешься?! Даже при таком раскладе я вообще-то остаюсь хрупкой и слабой девушкой! — искренне возмутилась я, в сердцах даже ногой топнув.
— Это ты то слабая?! Да меня в живот так даже на тренировках не били! — раздраженно рявкнул синеволосый сирин, даже и не думая убирать кинжал обратно на пояс.
— Сэран, тебя пнула какая-то девчонка, а ты уже за кинжал хватаешься, прекрасно зная, что она безоружна? М-да, над выдержкой тебе еще работать и работать. По возвращению в земли клана первым отправиться в ледяные пещеры тренировать эту самую выдержку, — замораживающе усмехнулся дядя, отчего мне на мгновение даже жалко стало этого самого «Сэрана». Впрочем, стоило только взглянуть на собственную руку и увидеть пятна проступающих новых синяков, как жалость мигом сменилась раздражением, и умолчать я просто не смогла:
— Вообще-то он кинулся на меня с кинжалом не из-за этого… Просто кто-то не любит правду о собственных недостатках. Пятиминутных недостатках…
— Лиэра, ты о чем сейчас говоришь? — задумчиво нахмурился Элисар, — Выражайся, пожалуйста, попонятнее, а то в голову после твоих слов о пяти минутах приходит совсем не то, что нужно.
— Вообще-то именно об этом я и говорила, — мило улыбнулась я, — Он предложил мне уединиться, сказав, что это не займет и пяти-десяти минут. А потом почему-то еще и обиделся, когда я об этом завела разговор… Ну согласись, пять минут — это как-то слишком мало для столь молодого мужчины.
