Добрались до компании Кравцова они довольно быстро, за это время, не обмолвившись и словом, лишь редкими взглядами. Дмитрию нравилось, каждый раз ловить её на подглядывании за ним, с каждым разом, его всё более интересовало, какая же она, может ли, девушка быть такой застенчивой?
Войдя в офис, Аня поежилась как от холода. Везде висели картины полуголых мужчин и женщин, стены в красных тонах. Вульгарное и откровенно неприятное сочетание. В таком помещении не хотелось ни работать, ни находиться. Чем же занимается такой человек, чтобы выбрать настолько странный дизайн?
Дмитрий обратил внимание, как Лапиной неприятно здесь находиться, она то и дело оглядывалась и смешно морщила нос, что ему, как это не было странно, показалось очень милым. Идя рядом с начальником, девушка чувствовала себя хоть в какой-то безопасности, от него исходила бешеная энергетика, будто он хозяин всего и вся.
Они прошли в большую, просторную студию, где проходила какая-то модельная съемка. В центре, стоял невысокий, слегка облысевший мужчина, руководивший процессом. Модель была одета в весьма вызывающий наряд, хотя мужчине и этого оказалось мало.
— Подними юбку ещё выше, — требовательно повторил этот странный человек. Наблюдая за тем, как модель выполняет приказ, он подошёл к ней и сжал её бедра, медленно задрав юбку до тех пор, пока не открылась часть трусиков спереди и сзади. Осмотрев свою работу, он противно облизнул свои губы и, сверкнув глазами направился обратно в центр. Модель стояла и не смела даже пошевелиться без команды. Почему-то, всё произошедшие показалось Анне вульгарными и несуразными. Разве можно, вот так запросто, прикасаться к девушке? И почему необходимо выставлять всё напоказ? Этот странный тип вызывал лишь стойкое отвращение. И как же она была удивлена, когда выяснилось, что это и есть тот самый господин Кравцов. Дмитрий представил Аню, как своего личного секретаря, после чего этот сумасшедший дядька прошёлся по девушке очень цепким, оценивающим взглядом, который сразу заметил Беркутов. Ему определенно не понравилось, как Кравцов смотрит на Анну. Хотя и не питая к девушке теплых чувств, такое открытое раздевание глазами, раздражало. Но, нужно всегда оставаться профессионалом, поэтому холодный взгляд и пара слов, дали желаемый эффект. Анна пряталась за его спину, подальше от липкого взгляда Кравцова, который очень хитро улыбался и потирал пальцы друг о друга. Эта маленькая девчушка жалась к Дмитрию сама того не осознавая. Он чувствовал её неприязнь к данному человеку, ощущая, как её тело пробирает мелкая дрожь, от желания спрятаться подальше.
— Обсудим условия? — прервал разглядывание своей помощницы Дмитрий.
Мужчины уселись на большой кожаный диван и стали обсуждать условия проекта. Лапина старалась очень быстро записывать в блокнот, стремилась ничего не упустить из виду, ей не хотелось подвести своего руководителя. Слегка прикусив нижнюю губу, девушка не заметила, как Кравцов стал плотоядно скользить по ней взглядом, его дыхание участилось, что не осталось не замеченным Беркутовым.
— Думаю, мы обговорили все моменты. Мои юристы вышлют вам договор. — отчеканил Дмитрий Александрович и направился к выходу. Его помощница поспешила за ним, но была перехвачена за руку.
— Аннушка, — слащаво протянул лысый мужчина и, с каким-то звериным оскалом приблизился к девушке, — Не желаете остаться у меня?
Лапина попыталась выдернуть руку, но безуспешно, а Кравцов медленно стал подносить свою руку к щеке девушке, отчего у неё появилась испарина на лбу, а всё тело вмиг охладело. Никогда до этого ей не было настолько противно, даже когда в одиннадцатом классе самый толстый мальчик неожиданно поцеловал её в щеку, при этом облизнув своим языком, оставив отвратительный запах колбасы и чеснока на коже. Сейчас, уровень неприязни достиг максимума. Благо, на помощь пришёл Беркутов. Да, Аня была готова заплакать от счастья, что он не ушёл без неё и вырвал её руку из цепких лап этого пошлого человека.
— Попрошу не трогать моих подчинённых! — голос вкрадчивый, но взгляд так и мечет молнии.
Кравцов сразу же отступил и начал глуповато хихикать и вскинул руки вверх, как бы сдаваясь.
— До скорого. — кинул Беркутов на выходе.
