— Ну, вы меня тоже могли бы назвать «сраный ублюдок-полудемон», среди своих уродов-дружков, тех самых, из клана Двуликого Лотоса. Знакомо такое⁈
Эмоции Хева наполнились ужасом. А Никэл проявил сообразительность — все же целый глава клана, и попытался разыграть единственную еще «не битую», как он думал, карту:
— Эррол? Это ты, сынок? Ты смог переродится, и спасти всех нас! Настоящее благословление духов иметь такого человека в клане! Никакой ты не ублюдок! Пойдем с нами…
Редкие хлопки в ладоши прервали его пламенную, но насквозь лживую речь.
— Импровизация под ситуацию — отлично! Только я тебе не верю… Ты еще наверное, не знал — но я умею чуять эмоции. Ты лжешь. И одновременно боишься меня.
Эмоции Никэла наполнились отчаянной решимостью.
Аура главы клана полыхнула энергией, и во все стороны от него ударила техника стихии льда, покрывая землю инеем и промораживая воздух. Тут, в домене огня! Причем, похоже, он решил все поставить на один удар. Такой выплеск сделал бы честь и культиватору шестого ранга… Но, к сожалению, этого было слишком мало против Эрвина.
Юноша сместился в сторону, вглубь крепости.
Ярчайший сгусток ударил сзади, прошивая насквозь мужчину в области сердца. И даже обуглив часть груди.
Практически одновременно сразу двое культиваторов из клана упали. Никэл доживал последние секунды — с близкого расстояния новая техника оказалась даже мощнее, чем «разрушающий поток». А Хева проморозило насквозь, потому что он попал под стихию льда. Предсмертная атакующая техника главы клана оказалась площадной, захватившей метров пятнадцать вокруг.
Эрвин в одно движение оказался рядом с упавшим Никэлом, и вонзил руку, словно копье, в живот врага. Он сконцентрировался на чужом
Уже привычно крохотная частица новой, седьмой стихии «прилипла» к поверхности даньтяня, и закружила вокруг него. Предел достигнут! Теперь он мог пользоваться всеми семью стихиями! Но полностью погрузиться в странное состояние завершенности не дал одинокий крик:
— Вон тот! Он убил их!
Эрвин поднял голову. Сейчас он находился во внутреннем дворе крепости. Впереди, метрах в пятидесяти, высился внушительный, многоэтажный донжон — крепость внутри самой крепости. Крики раздавались оттуда. А еще, было видно восемь культиваторов в нескольких рядом расположенных окнах. Наверное, они были в одном помещении.
— Все вместе! Бей! — не унимался все тот же голос.
Множество техник разных стихий устремилось в Эрвина. Земля, ветер, огонь, тьма… Для привыкшего к моно-стихийным атакам даже от группы культиваторов — даже немного страшновато… Однако, на самом деле практически безполезно — ведь для того, чтобы нанести хоть какой-то вред, сначала нужно попасть. А юноша превосходил их всех в скорости, причем на порядок.
Сместившись в сторону, туда, куда уже не доставали все еще летевшие техники, он тоже ответил атакой.
Воздух перед руками Эрвина пошел волнами. Седьмой ранг позволял «впихнуть» в технику гораздо больше энергии. И это влияло на последствия. Еще и как влияло! Сотни «клинков» ветра врезались прямо в окна. Кто бы и чем не защищался — ни одному культиватору это не помогло. Техника прорубила настоящую дыру в месте попадания, уничтожив всех, включая кусок довольно толстой каменной стены. Теперь там зиял пролом, в котором виднелось полтора посеченных этажа, и частично разрушенные перекрытия между ними.
— Мощно вышло, — кивнул сам себе юноша. — Ну что же, пора познакомится поближе с кланом в этой жизни!
Эрвин мелькнул в проломе, и углубился в донжон. Именно он был пристанищем сильнейших выживших культиваторов. А редкие слуги, и более слабые члены клана ютились в подземельях, протянувшихся под всей крепостью.
Мощный поток молний буквально испарил голову очередного культиватора с тремя золотыми лепестками на правом виске, и почти пробил стену за ним.
Юноша сосредоточился на собственном даре, пытаясь по эмоциям понять, где находится следующий противник. Сканирующая техника для поверхности плохо работала в хитросплетениях коридоров, а для «искателя следа», как это ни парадоксально, стены были слишком тонкими — в отличие от подземных лабиринтов, где порода составляла восемьдесят-девяносто процентов объема. Так что приходилось ориентироваться на ощущение эмоций. Оно могло подсказать, где затаились враги, и кто решительно настроен сражаться, а кто — поспешит сдаться при первой возможности.
