— Да так, обо всем. — Я вздохнула. — О том, что доме, наверное, жить сейчас нельзя. И о том, куда девать Марьяну. И о том, что надо бы найти место, чтобы постирать белье. И вообще…
— Хозяйственная ты моя! — Умилился муж, крепко целуя. — А я, признаться, после вчерашнего могу только об одном думать. Как бы не забросить тебя в седло и не ускакать обратно на вчерашний постоялый двор.
— Зачем? — То есть, я, конечно, понимала зачем увезти, только не понимала, почему именно туда.
— Затем, что нам с тобой, похоже, еще не одну ночь предстоит ночевать в чужих постелях под чужими крышами. — Арвид вздохнул. — Так пусть хоть постель будет чистой, а хозяева — нелюбопытными.
— Здесь нас тоже, вроде, неплохо приняли. — Попыталась утешить его я, хотя в душе была с им согласна. — Ну, не сразу, конечно, но как только убедились, что мы не проходимцы какие-нибудь. И на хозяйку тоже жаловаться — грех.
— Да не жалуюсь я на хозяйку. — Руки Арвида неторопливо поглаживали мои плечи и спину, нежа и лаская. Я пригрелась в их тепле, уткнулась носом в ставшее таким родным плечо и потихоньку начиная засыпать. Уже сквозь дрему почувствовала, как пальцы мужа проворно расплетают косу.
— М-м-м-м! Арви-ид! — Попыталась выдернуть кончик косы у него из рук. — Запутаются ведь, завтра полдня потрачу, пока заплету.
— Я помогу. — Прошептал муж, припадая губами к самому уху, дразня, отвлекая легкими частыми поцелуями. — Ты такая красивая….
Я вздохнула, поддаваясь искушению и прощаясь с мыслью о скором сне. Но у Арвида, как оказалось, на сегодня были другие планы. Устал ли он больше, чем в начале пути, или не доверял хозяину дома до такой степени, как своему бывшему солдату, но муж, поласкав меня еще немного, велел спать. Я хотела было возмутиться, что незачем тогда было меня будить, если уж мы только спать и собирались, но вовремя прикусила язык. Если уж я в повозке вымоталась за эти дни, то каково тогда Арвиду, почти не вылезавшему из седла? Поэтому только покладисто кивнула и закрыла глаза, потеснее прижимаясь к мужу.
Надо не забыть напроситься вместе смотреть дом, мелькнула еще мысль перед сном. Но Арвид, судя по ровному дыханию, уже спал, так что это тоже пришлось отложить до завтра.
Как оказалось утром, особо напрашиваться не пришлось. После завтрака, такого же простого и сытного, как и ужин, мужчины засобирались. Понимая мое любопытство, муж позвал меня с собой.
— Только накиньте что-нибудь, госпожа. — Предупредил Вит, надевая шерстяную телогрейку под куртку. — Там от озера холодом тянет сильно. Еще простынете с непривычки, если уж даже меня до костей пробирает.
— Да чтобы твои старые кости пробрать, и ветра сильного не надо. — Старостина ворчала, похоже, больше по-привычке, чем с досады. Это было видно и по тому, как проворно ее руки убирали остатки завтрака со стола, словно не ругала она мужа, а просто сообщала ему последние новости. И по тому, как спокойно сам староста реагировал на ее ворчание. — Послал бы кого из молодых, не один ты на селе…
— Негоже с господами кого-попало посылать. Да и недолго мы, посмотреть только… — Привычно отбивался староста от жениной заботы.
Пока они так перекидывались словами, я тоже успела одеть телогрейку поверх теплой кофты и, подумав, накинуть на плечи теплую шаль. За порогом нас ожидал обычный осенний день. Холодный ветер действительно доносил откуда-то влагу, но видала я погоду и похуже.
— Это в селе дома прикрывают. — Пожал плечами староста — А как к озеру выйдем…
— Не пугай, уважаемый. — Рассмеялся Арвид. — Мне, над Лабой выросшему, только мокрым ветром грозить. Да и твои Пеховы как-то же жили над озером, вон, даже венды не где-нибудь бург ставили, а именно там.
— Над Лабой? — Живо заинтересовался Вит. — Это Вы из самой столицы, что ли?
— Не-ет, — Арвид мечтательно улыбнулся. — Дальше. Почти с фразской границы, где Лаба в Полночное море впадает. У нас когда море штормит, так соленую воду на два дня пути в реку гонит.
— Ого! А как же урожай?
Я отвлеклась на миг от разговора, с интересом оглядывая наш лагерь. Наши давно уже не спали, под походными котелками вовсю кипела вода, пара парней возились с лошадьми. Увидев нас ребята громко поздоровались. Арвид тоже сошел с дороги, чтобы перекинуться с рыцарями парой слов. Староста Вит, терпеливо ждал, пока те наговорятся, тоже внимательно разглядывая лагерь.
— А что же, господин Арвид, это и все ваши люди? Вы одних мужиков с собой привезли, что ли? — подозрительно поинтересовался он, когда Арвид снова подошел к нему. Правда, уже не один, а с Яном и Хойгером. Господин Тилль, как я поняла, остался за старшего.
— Зачем «одних мужиков»? — Удивился Арвид. — Мы с женой приехали. И не ты ли вчера Марьяну-вдову на постой к какой-то бабке определял?
— Так, одна вдова только, и та — с детьми — Нахмурился староста. — Малолетку, что при ней, еще и за девку считать не приходится. Выходит, одних парней понабрали, семейных нету? Начнут Ваши парни по бабам ходить, как бы беды не вышло.
— Не начнут. Это не парни с улицы это — мои люди. Я не тому их учил.
