— А сколько времени ты готов здесь торчать? — ухмыльнулся Тук, взял фотографию, отсканировал ее и включил «Фотошоп». — Какую часть снимка надо увеличить?
Илай указал на экран. Компьютер увеличил изображение окна и пола под ним. Тук нажал на несколько кнопок, усиливая резкость.
— Ну и что ты видишь? — спросил Илай.
— Пол.
— А на полу?
— Ничего, — пожал плечами Тук.
— То-то и оно, что ничего, — кивнул Илай.
Через десять минут он получил распечатку увеличенного изображения, а также распечатку снимка, сделанного в саду под окнами спальни Сесилии Пайк. Благодаря фотоувеличению можно было разглядеть крошечные блестящие кусочки на траве у лестницы, прислоненной к стене дома. Похоже на битое стекло.
— Внутри осколков почти нет, — сообщил Илай Ватсону по дороге домой. (Пес в ответ высунул язык и запыхтел.) — Почти все осколки снаружи. Это означает, что жертву никто не вытаскивал через окно. Она разбила стекло сама. Но если ее похитили, зачем ей разбивать стекло? — Илай сбавил скорость, пропуская другие машины. — Отсюда делаем вывод: никто ее не похищал. Сесилия пыталась убежать из дому. Иначе она не стала бы разбивать окно, а вышла бы через дверь. Но она не хотела, чтобы ее видели. А может, дверь спальни была заперта. И запер ее тот, кто не хотел выпускать Сесилию. — Илай повернулся к собаке. — Следующий вопрос: почему на первом этаже дома все перевернуто вверх дном? Спенсер Пайк сказал полицейским, что Серый Волк проник в спальню его жены через разбитое окно. Но если это правда, индеец не стал бы спускаться на первый этаж, волоча с собой жертву. Он ушел бы тем же путем, каким и пришел. Это означает, что разгром в доме устроил кто-то другой. Возможно, это инсценировка. Но кому она могла понадобиться? — спросил Илай, включая поворотник. — В любом случае все дороги ведут к Спенсеру Пайку.
