Ватсон оборвал вой на самой высокой ноте, вскочил и принялся размахивать хвостом перед лицом Илая. Понимая, что так и с дороги съехать недолго, Илай затормозил. Как только машина остановилась, пес выпрыгнул в окно и помчался прямо к карьеру. Оказавшись у восточной стороны ограждения, он с надсадным лаем принялся скрести когтями по проволочной сетке. Илай заметил, что с другой стороны к ограде приблизилась небольшая фигурка. Мальчишка, на руках почему-то перчатки. Конечно, сегодня холодно, но не до такой же степени. Прищурившись, Илай разглядел под козырьком бейсболки молочно-белое лицо.
— Итан? — окликнул он.
Мальчик вскинул голову.
— О, это вы, — бросил он, подходя ближе к ограде.
— Что ты здесь делаешь? Кто разрешил тебе войти на территорию карьера?
— Сам вошел. Без всякого разрешения.
— Твоя мама знает, что ты здесь?
— Конечно.
Илаю было известно, что завтра на рассвете в карьере начнутся взрывные работы: хозяева всегда заблаговременно сообщали об этом в полицию. Мальчишке совершенно ни к чему шататься поблизости от взрывчатых веществ.
— Перелезай сюда, — приказал он.
— Не хочу.
— Итан, мне не составит большого труда перебросить свою задницу через ограду и вытащить тебя за шкирку.
Итан отступил на несколько шагов назад. В какой-то момент Илай решил, что мальчишка решил сбежать. Но тот перекинул через ограду свой скейтборд и без всяких усилий, словно паук, перелез сам. Подойдя к Илаю, он протянул руки, точно ожидая, что коп наденет на них наручники.
— Валяйте, арестовывайте меня за незаконное вторжение на частную территорию.
— Ладно, на первый раз прощается, протокол составлять не будем, — улыбнулся Илай и двинулся к машине. — Не хочешь рассказать мне, как ты здесь оказался?
— Просто вышел из дому, встал на скейтборд и приехал сюда.
Илай невольно бросил взгляд на руки мальчика. Тот был в перчатках.
— Мама не рассказывала вам, что я не такой, как все? — сердито пробурчал Итан.
— Она ничего мне не рассказывала, — пожал плечами Илай. Он догадывался: чем меньше он проявит заинтересованности, тем откровеннее будет мальчик. Не глядя на Итана, он распахнул дверцу машины и свистнул, подзывая Ватсона: — Садись, приятель. Нам пора.
У мальчишки рот открылся от неожиданности.
— Вы что, бросите меня здесь?
— А почему нет? Ты же сказал, что твоя мама знает, где ты.
— И вы мне поверили?
Илай недоуменно вскинул бровь:
— А почему я должен тебе не верить?
Вместо ответа Итан забросил в машину свою доску и уселся на пассажирское сиденье. Илай включил зажигание.
— Представь себе, я родился со сросшимися пальцами на руках, — сообщил он. (Итан метнул быстрый взгляд на его пальцы, лежавшие на руле.) — Докторам пришлось их разрезать.
— Круто! — воскликнул Итан и тут же смущенно добавил: — Я хотел сказать, очень жаль.
— Жалеть тут не о чем. Все уже в прошлом. Как видишь, проблема оказалась разрешимой.
— Бывают проблемы посерьезнее, — вздохнул Итан. — У меня, например, пигментная ксеродерма. Это что-то вроде аллергии на солнце. Стоит мне побыть на солнце хотя бы минуту, я получаю жуткий ожог. И это реально мешает мне делать то, что я хочу.
— Например?
— Например, купаться в плавках и потом обсыхать на солнце. Гулять днем. Ходить в школу. — Он бросил пристальный взгляд на Илая и добавил: — И вообще, я скоро умру.
— Все люди, которые живут на свете, когда-нибудь умрут. И не только люди.
— Знаю. Но я умру от рака кожи совсем молодым. Эта чертова пигментная ксеродерма мало кому позволяет дожить до двадцати пяти лет.
У Илая сжалось сердце.
— Может быть, ты станешь счастливым исключением.
Некоторое время Итан молчал, отвернувшись к окну.
— Я сегодня проснулся слишком рано, мама была на работе, а дядя Росс сидел в своей комнате, — сказал он наконец. — Я потихоньку вышел из дому. Катался на скейтборде на площадке перед школой. Там было полно ребят, но вечером все пошли домой спать. А я даже не устал — я ведь дрыхнул весь день. Вот и решил смотаться сюда. Я ненормальный, и с этим ничего не поделаешь, — добавил он понуро. — При всем желании мне никогда не стать другим.
— Уверен, в точности то же самое может сказать про себя любой человек, — негромко произнес Илай.
От усталости Росс задремал за ноутбуком. Все-таки привидение создать очень трудно… Проснувшись, он облизал языком пересохшие губы и ощутил вкус отчаяния. Даже почистив зубы и прополоскав рот «Листерином», он не смог избавиться от этого вкуса, горького и одновременно сладкого, как лакрица, будто крошечные кристаллы отчаяния таяли у него на языке, окрашивая его в тона мрачного заката. Морщась, Росс спустился в кухню, чтобы выпить стакан сока. Только тут он осознал, что совсем забыл об Итане. Время близилось к полуночи — его племянник давным-давно должен был проснуться.
— Итан! — позвал Росс, но ответом ему было молчание.
Выглянув из окна, он увидел, что машины Шелби на стоянке нет. Это тоже было странно — она должна была вернуться с работы не позднее девяти. Взглянув на телефон, он заметил, что автоответчик злорадно подмигивает. Значит, там есть сообщение. Росс нажал кнопку.
