В магазине беспошлинной таможни Олег купил маме и супруге какие-то местные безделушки, а для себя взял трехсотграммовую бутылку коньяка, которую тут же начал опустошать. Нартов хоть и переносил нормально, без нервов, полеты на самолетах, но в данной ситуации решил перестраховаться, и принять «допинга», так как никто точно не мог гарантировать, что ПВО эсминца не отработает по гражданскому борту — при всех тех недавних заявлениях и демонстративных действиях, которые показали всему миру американцы. Лучше уж выпить алкоголя, притупить немного чувство страха, и спокойно подниматься в небо…
Пока экипаж готовил самолет к взлету, члены комиссии оставались в здании аэропорта. Олег достал папку с документами, немного полистал их, готовя себя к решительным действиям в Женеве, и наконец-то решил позвонить отцу.
Тот ответил сразу:
— Нам разрешили вылет, — радостно сообщил Олег.
— Какая-то странная ситуация, — пожаловался отец. — Буквально час назад президент Гвинеи сделал непонятное заявление, будто бы вся эта кровавая круговерть была направлена на боевиков Аль-Каиды… якобы они действовали совместно с американцами…
— Что думаешь?
— Пока не могу понять. Возможно, что-то изменилось, чего я еще пока не знаю…
— Будем надеяться, что все обойдется, — сам себя ободрил Нартов.
Спустя полчаса их позвали пройти на посадку в самолет.
— Почувствуй себя морским пехотинцем, — Лунин весело толкнул Шайбу в спину.
Старшина с мостика, стоя рядом с рулевым, наблюдал, как танко-десантный катер приближается к берегу. Судно сбросило ход, и шло по инерции, преодолевая прибрежный прибой.
Полчаса назад Дима получил от генерала боевую задачу.
Водители заняли места в машинах, и КрАЗы стояли уже с заведенными двигателями. Все имущество было закреплено на машинах, люди в основном, сидели там же. Лунин время от времени сверялся по своему навигатору, не доверяя чернокожим матросам. Судно приближалось к обозначенной генералом точке — с точностью в пятьдесят-семьдесят метров. Что, в условиях широкого песчаного пляжа, не имело большого значения.
Дима посмотрел на часы — через полчаса начнется восход. Но уже сейчас темнота потихоньку растворялась, придавая видимые очертания местности. Берег был уже близко.
— Есть контакт, — вырвалось у Шайбы, когда катер ткнулся носом в берег. Нос зацепился за песок, и стоял ровно, а корма еще некоторое время продолжала гулять на небольших волнах.
Матросы бросились опускать аппарель.
— Сало! Аккуратно! — крикнул Лунин водителю автокрана.
Тот услышал, кивнул в ответ.
Аппарель опустилась вниз, упершись в песок.
— Пошел! — Дима махнул водителю руками.
Салават включил заднюю скорость, и осторожно, стараясь не допускать рывков, начал сдавать назад. КрАЗ ухнул по аппарели вниз, уйдя задней тележкой в песок, рыкнул, и стал выбираться на берег. Когда машина передними колесами сошла с аппарели, Лунин дал команду водителю второго грузовика, на котором находился спутник.
Но как только первый грузовик съехал на берег, судно облегчилось, и немного всплыло, в результате чего был утрачен контакт аппарели с берегом, а сам катер начало разворачивать бортом к берегу.
— Держи! — крикнул Лунин.
Матросы знали свое дело, и рулевой подработал одним винтом. Катер выправился и снова надежно ткнулся в берег.
— Пошел, — Дима махнул рукой Витале, который, цепко ухватившись за руль, во все глаза глядел на своего командира.
КрАЗ со спутником выбрался на берег, после чего по аппарели сбежал Лунин с Шайбой.
Майор на миг повернулся, чтобы махнуть матросам на прощание рукой, но они уже были заняты делом, не обращая на него никакого внимания. Мысленно попрощавшись с ними, Дима запрыгнул на подножку грузовика со спутником, и показал рукой в левую сторону пляжа:
— Давай Виталя, жми туда!
КрАЗ взревел двигателем, и, оставляя за собой в песке глубокую колею, двинулся вдоль берега туда, где в рассветной серости уже стали угадываться одноэтажные постройки с разноцветными крышами.
— Кажись, туда… — неуверенно сказал Лунин, зная, что навигатору можно доверять.
Через минуту впереди уже ясно были видны строения, среди которых выделялись два двухэтажных дома с красными крышами. Это был ориентир, указанный генералом в задаче.
— Вот они, — удовлетворенно сказал Лунин, и крикнул водителю: — Давай к этим домам! Слева от них должна быть проходная дорога!
— Есть! — Виталя переключился на вторую, разгоняя тяжелый грузовик по песку.
Обе машины вошли в узкий проход между домами, и метров триста шли впритирку к стенам небольших домов, наставленных друг к другу так часто, что у них не было привычного для двора пространства. Едва не задевая стены строений, грузовики все же удачно миновали этот участок, и тут же вышли на широкое поле, где метрах в пятистах левее, Лунин сразу увидел одиноко стоящий Ан-26.
— К самолету!
Еще через минуту оба грузовика уже были около самолета. Командир экипажа Паша Гаврилов пожал Лунину руку:
— Здорово, спецназ! Вы всё свою железку пристроить никуда не можете? — пошутил он.
— Здорово, Паша, — Лунин улыбнулся: — Да вот, видишь, никто кроме тебя его брать не хочет…
