— Пьер, Полина, — звал Торн, шагая через лес.
— Торн, — раздался через какое-то время голос Пьера. Я здесь.
Торн пошел на голос. Выйдя на полянку он увидел Пьера, который сидел на поваленном дереве. На грязном лице управляющего блестели только глаза и две дорожки от слез.
— Ты не нашел Полину? — спросил Торн.
— Нашел, — ответил Пьер и кивнул в бок.
Ноги девушки были полусогнуты. Пояс привязан к нижней толстой ветке дерева. Глаза выкатились, посиневший язык торчал наружу. Она удавилась на собственном поясе. Торн стоял и смотрел на еще одно обезображенное смертью молодое лицо. Вот она настоящая цена власти и положения, страдания и смерть. Он вздохнул.
— Давай копать, Пьер.
За столом сидели четверо. На ужин была рыба, овощи и лоттское вино. Император Нейл отложил нож с вилкой и взял бокал, чтобы сделать глоток вина. Одетый в красную тунику императора с золотой окантовкой, он задумчиво обвел взглядом сыновей. Вот рядом, справа, сидит Глемил, со стороны бы показалось, что они одного возраста с отцом, но отец был подтянут и похож на притаившегося засаде хищника. Глемил же был тощ, с длинным носом и упрямым подбородком. Теперь он был наследником престола. Но справился бы он с управлением страны, если бы Нейла не стало. Герцог думал, что нет, спесивый характер сына угробил бы империю за один год. Он перевел взгляд на среднего, Антара, этот старательный и терпеливый. Но ему тоже не быть правителем, слишком честный и не инициативный. Он бы смог удержать в руках империю дольше Глемила, но не более того. Слева сидел Никон, младший. Император вздохнул, здесь природа отдохнула, хотя силой и быстротой Никон уступал, только отцу, ни одной мысли в его глазах не читалось. К тому же он был чрезмерно жесток, не для дела, а ради самой жестокости. Да, наградила его женушка наследниками. Хорошо, что не он только не собирался умирать, но еще и пережить своё потомство.
Вот Рональд, тот молодец, он уже трижды ускользнул из рук Нейла, хороший сын, достойный враг. Но против него, Нейла, он всё равно ничто, поэтому новоиспеченный император и не напрягался на эту тему. Рано или поздно он поймает Рональда, а пока тот за границей, то совершенно не опасен. Тем более, что он уже взял под контроль южную армию, сменив всех офицеров на своих.
Давно пора было заняться делом, больше тридцати лет он пробездельничал, потакая гуманизму предыдущего императора. Надо было начать всё гораздо раньше, — думал Нейл. Взять власть над всем этим миром. Это единственное достойное занятие. Не разгонять же скуку способами Амелары, бывшей подружки Троха. Трох поэтому и сбежал от нее в глушь. Но Амелара будет полезной, это его единственный союзник, понимающий его полностью, стремящийся к тем же целям, но лишенный властолюбия. Пусть развлекается. Важно то, что она добыла первый ключ. Но где же второй, без второго первый бесполезен.
Нейл встал, пора заняться делом. Кивнув на прощание сыновьям, он пошел в свой кабинет. Там он должен был встретится с Горбахом, главой церкви перекрестия, который инкогнито прибыл в Тьор. Нейл улыбнулся, комичность ситуации заключалась в том, что встреча пройдет в дворце тьорского главы церкви перекрестия. Бывший император из гуманистических побуждений оставил религию в империи. Ну а он Нейл, сразу выгнал этого бездельника. Кроме того, ему нужно было где-то поселиться, и он счел дворец тьорского епископа подходящим. Императорский дворец был занят восставшей гвардией. Этого он не учел, не учел того, что Рональд прорвется во дворец. Но штурмовать дворец он не будет, гвардия популярна в народе, поэтому не нужно в самом начале правления делать из них жертв. Только это останавливало его, а не то, как думало большинство, что при штурме погибло бы много солдат. Он положил бы столько людей ради любой цели, сколько было бы нужно.
