— Глупости, друг мой, — бакэ подпрыгнул ближе, чтобы видеть моё лицо. — Но ты всё никак не можешь простить себя?
— Как видишь.
— Я думал, что сегодняшний разговор тебя подбодрил. Но понимаю, что ты вновь превратился в унылое…
— Ладно, ладно, — рассмеялся я и повернулся к приятелю. — Да, ты прав, сегодняшняя наша встреча прошла как нельзя лучше, и я очень рад за свою семью.
— Вот и отлично, — голос сандаля стал хитрым. — Тогда, может, отпразднуем это?
— Нет, — покачал головой. — Я больше не пью. Тем более из камэоса.
Казалось, что бакэ хочет что-то сказать, но в последнюю секунду передумал.
— Тогда расскажи, как живётся на новом месте, — он снова подпрыгнул ещё ближе и чуть было не свалился со ступеньки, но вовремя остановился на краю.
— Ты ведь слышал весь наш разговор, зачем спрашиваешь?
— Потому что уверен, ты не всё рассказал. Есть вещи, о которых семье незачем знать, а вот со старым другом можно поделиться. Так что выкладывай всё, что накипело?
Я хотел было вновь отмахнуться от него, но что-то внутри остановило. Собственно, почему бы и нет? Что меня останавливает? Может, если поделюсь своими переживаниями и выскажусь, то станет проще? К тому же, бакэ-дзори такой же попаданец, как и я. Единственный, кому я могу доверить сокровенные тайны.
— Ну хорошо, — вздохнул я. — Но сперва ты.
— Я? — удивился тот. — А что мне говорить? Всё как обычно, я же простой сандаль, которому…
— Мне не это важно, — перебил его я. — В нашу последнюю встречу Эми знала, что я выполнил все её задания. А о своих настоящих подвигах я говорил только с тобой. Вот отсюда и вопрос. Не ты ли меня сдал?
— Да ты, что? — возмутился тот и демонстративно отвернулся. — Как можешь такое обо мне думать? Неужто…
— Бакэ? — я чуть надавил на деревяшку. — Признавайся.
Тот вздохнул (чему я всегда удивлялся. Как это у него получается?) и снова посмотрел на меня.
— Ну хорошо, признаю, я не мог удержаться. Тем более Эми соблазнила вкуснейшим вином, о котором можно слагать легенды.
— Думаю, после такого, у тебя их появилось немало, — усмехнулся в ответ.
— Ну, парочка точно есть, — уклончиво отозвался тот. — Если захочешь, то я расскажу.
— Куда ж ты денешься, — с этими словами подхватил сандаль и понёс к глицинии. — Давай чуть уединимся. Не хочу, чтобы кто-то ещё узнал о наших тайнах. Но на этот раз я рассчитываю на тебя.
— Буду нем, как рыба.
— Как Негай?
— Нет, с этим говорящим карпом меня не сравнивай, — усмехнулся бакэ. — У нас старые счёты.
— А ты, я смотрю, успел и с ним пообщаться.
— Было дело.
Разговор с бакэ-дзори и правда пошёл мне на пользу. Высказав ему всё, что накопилось на душе, стало легче. А вот сандаль заметно напрягся. Спрыгнув на мягкую траву, повернулся ко мне и серьёзным тоном произнёс:
— Что-то неладное творится с этой Канон. Почему она так о тебе печётся? Да и рогатый тоже не просто так появился. Если ты сын Фуцунуси, значит, полубог. Но тогда богине милосердия от тебя что-то нужно. Такие вещи, как камэоса просто так не даются ванам.
— Знаю, — кивнул в ответ. — Выходит, она всё просчитала, поэтому и отдала бутыль Саторэ. А он уже, в свою очередь, передал мне, вроде как случайно
— Ты с ней больше не общался?
— Нет, — покачал головой. — И не имею ни малейшего желания. Хотя иногда слышу её голос, если держу в руках камэоса.
— Бутылка сейчас с тобой?
Я кивнул на дом, где осталась вся моя поклажа.
— Сумка там, но в руки больше не беру.
— Хорошо. Хотя мне кажется, что если спокойно поговорить с богиней, то она может рассказать немало интересного.
— Из интересного у нас только убийства да…
— Ни слова больше, — взмолился бакэ. — Не говори об этом. Представь, какого мне, всё время торчать в виде деревяшки и только слышать да наблюдать за чужими утехами.
— Да ты извращенец.
— А что мне остаётся? Сам-то я ни на что не годен!
— Ладно, ладно, — вскинул руки. — Буду знать о твоих увлечениях и больше с собой никуда не возьму.
— Да брось, Тсукико, нам же было весело вместе.
— Было, — не стал отнекиваться я. — Но…
Договорить не получилось. На пороге появился хмурый Акайо и подозвал к себе.
— Ну вот и поговорили, — криво усмехнулся я. — Надеюсь, бакэ, всё это только между нами.
— Обижаешь, друг.
Я поднялся к усатому вану и слегка поклонился.
— В чём дело, Ито-сан? — поинтересовался у него.
— Пройдём, Тсукико, — он первым двинулся в дом. — За тобой приехали.
— За мной? — удивлённо переспросил я, но ответа не получил.
Вместо этого, мы прошли в зал, где я увидел троих воинов в зелёной форме.
— Ватанабэ? — ещё более озадаченно спросил я у Джиро, стоявшего здесь же.
Кроме нас шестерых. в зале никого не было. Хотя я чувствовал, что за соседней стеной навострили ушки наши прекрасные женщины.
— Ито-сан, — троица из другого клана почтительно поклонилась. А говорил тот, что стоял по центру, с алыми повязками на плечах. Видимо, главный в отряде. — По правилам Поединка Чести вам досталось всё, что ранее принадлежало нашему капитану Усао Сидзи. Мы приехали, чтобы сопроводить вас в поместье.
Я покосился на Джиро.
