Она застучала пятками и Людмила то же. Смешались вместе стучание детских и женских пяток. Выщелкнули один за другим вонзённые ногти, а пальцы распрямились. Таня поставила ступни вместе и вцепилась на правой ступне ногтями второго и четвёртого пальца, а на левой ногтями второго, третьего пальца и мизинцем. Людмила же вонзилась ногтями только больших пальцев. Тишина. Они сидят и молчат. Рот у Людмилы закрыт, как и у Тани. Нет пока общих тем для разговора. Таня похвалила:
— Молодец, продолжай вцепляться. У тебя всё хорошо получается. Ты просто умничка.
Улыбнулась Людмила детской улыбкой и смотрит весело большими детскими глазами, поглядела на маму и позвала:
— Мама, — и показала язык.
Таня ей улыбнулась. Сидят они так дальше. Вцеплены в пол женские крупные ступни и рядом пухлые детские стопочки с вонзёнными в пол ногтями. Посидели они так ещё немного, Таня сказала:
— Давай перецепимся.
Они застучали пятками. Ногти выщелкнули из половиц. Таня произнесла:
— Людмила, иди теперь сюда и вставай вот так, — и поставила Таня Людмилу спиной к себе, обжала с двух сторон своими ступнями её левую ступню, а её правая ступня встала рядом с правой ступнёй мамы, — давай полное глубокое вцепление всеми ногтями.
Обе вцепились. Таня сидит на кровати, а дочка стоит. Светит за окном солнце, но оно не сильно проникает в окно, поскольку мешают листья леса, что начинается прямо за окном. Затем вдруг Людмила крикнула:
— Мама, я срываюсь.
— Не бойся, доча, я тут, я тут.
Раздался щелчок. Разогнулся мизинец на левой ступне. Таня визгнула вместе с дочкой. Раздался второй щелчок. Разогнулся четвёртый палец на левой ступне.
— Не бойся, не бойся, я тебя буду держать.
Людмила снова завизжала. Разогнулся мизинец на правой ступне и раздался ногтевой щелчок. Послышался щелчок погромче. Выскочил из пола ноготь второго пальца левой ступни. Людмила завизжала.
— Тихо, тихо моя доченька, моя Людмилочка. Всё хорошо. Всё хорошо.
Раздались ещё щелчки. Людмила завизжала и затопала ногами в пол. Таня подняла её и посадила на свои голые ляжки. Людмила задрыгала ногами и завизжала. Таня обхватила её за живот и прижала к себе:
— Моя милая доченька, моя хорошая. Сейчас всё пройдёт. Сейчас тебя отпустит моя милая. Всё будет хорошо. Потерпи, потерпи. Сейчас всё наладиться.
Людмила визжит и сучит пухлыми ногами с упитанными жирными ляжечками похожими на два больших пышных пирога. Ступни также похожи на пирожки с крупными ногтями. Визг из комнаты Тани разноситься по всему дому. Мама сказала своей дочке Волге:
— Вон, слышишь, как Людмилу сорвало. Если не хочешь также, слушайся меня, поняла?
Волга покивала.
— Вцепляйся и следи внимательно, чтобы все ногти встали ровно.
Волга согнула пальцы ног и стала делать прилежно то, что говорит мама.
Визжит Людмила и дрыгает ногами. Таня ласковые слова произносит:
— Милая моя хорошая доченька, сейчас всё пройдёт. Потерпи, потерпи. Сейчас всё будет в порядке.
Людмила перешла на тонкий писк. Таня опустила её на пол и сказала:
— Побегай, побегай моя милая, быстрей отпустит.
Людмила завизжала и побежала с визгом по комнате. Таня вышибла свои ногти ступней и стала наблюдать за дочкой. Она бегает и визжит. Топают босые пухлые ступни. Таня то же визгнула, замолотила пятками и принялась кричать. Она глядит на дочку с умилением, наблюдая за тем, как она бегает и визжит. Людмила открывает постоянно ротик, оглашая комнату визгом и писком, топает босыми пухлыми пирожками пахнущими сыром. Таня уже много раз нюхала её ступни и знает, как пахнет каждый её пальчик. Людмила остановилась, стала вилять попой, то повизгивая, то покрикивая.
Таня захлопала, начав визжать. Дочка забацала в пол босыми ступнями, завизжав и закричав на всю комнату.
— Ой, как крутит милую, ой, как крутит хорошую, — заулыбалась мама, и продолжая хлопать в ладоши.
Людмила побежала опять с визгом по комнате. Таня воскликнула:
— Снова босонятку понесло. Ой, как носят, ой, как носят её стопочки.
Людмила остановилась и пристукнула пару раз в пол босой ступней.
— Эх ты как, вот так вот так, моя милая девочка.
Людмила остановилась и подошла к маме.
— Ну что, перестало тебя крутить?
— Да.
— Давай снова вцепляться.
— А давай песенку с тобой споём, которую мы с воспитательницей пели в группе и будем колосками обмениваться, — предложила Людмила.
— А ты хочешь?
— Да.
— Тогда давай.
Мама сняла с Людмилы платье и трусы, разделась сама легла поперёк комнаты возле кровати Людмилы и подложила под голову подушку, а сверху на половой лобок села Людмила детскими половыми губами. Таня вцепилась ногтями ступней в стену, Людмила согнула пухлые пальчики на ступнях и вцепилась в пол, на котором уже лунок от ногтей стало больше.
Мама запела первая:
— Колосок идёт, нагревается. Солнышко с небес улыбается. Милый бедный колосок ты идёшь через столько ног.
Тут запела Людмила вместе с мамой.
— Колосок по босыни идёт. Что с тобой он нам принесёт?
Мама изменила выражение лица и пропела:
— Может радость, а может беду. На тебя, на милого гляжу.
Выделился на последнем слоге детский голос.
