Старший магистр принял их переплетенные руки в свои, начиная читать брачное заклинание. Никто вокруг не мог бы сказать, что сейчас чувствовали эти двое юношей — сами они не заключали магический союз, довольствуясь гражданской волей короля. Слишком пугало их слово «никогда», слишком страшно было представить себя навеки скрепленным с человеком, с которым больше не хочется находиться рядом.
Между тем, всё сильнее сжимались ладони Старшего магистра на пальцах принцев, голос, начавший с шепота, становился всё громче и оборвался на самой тонкой ноте. Золотым обручем вокруг шей принцев вспыхнуло заклинание, чтобы, рассыпавшись, остаться там тонкой вязью рисунка в знак того, что каждый из них до конца своих дней принадлежит другому.
Всё так же, не расплетая рук, они поклонились Старшему, совершившему обряд, затем и его величеству, а после покинули ритуальный зал, чтобы уже в зале приемов принимать поздравления и присоединиться к общему празднеству — фуршету и танцам.
У дальней стены в тени колонн, почти никем не замеченный, стоял мужчина, кутавшийся в длинный темный плащ. Бесстрастным взглядом он скользил по кругу танцующих, пытаясь заглянуть в глаза Гилора. Когда же это, наконец, удалось, он медленно склонил голову в одобрении и аккуратно стер покатившуюся по щеке слезу — его сын, как никто другой, заслуживал счастья.
