— Уже спросила, но продолжай, мне нравится ход твоих мыслей, — довольный собой, перебил он меня.
— У меня есть парень, мы счастливы, нам круто вместе. Мы с ним на одной волне, понимаешь?! И ты третьим сюда ну никак не вписываешься.
— Понимаю, — кивает он, — Как хоть зовут-то твоего героя-любовника?
И долго не думая, я выпалила:
— Макс...Максим.
Кажется, на секунду Илья Иванович был огорошен звучанием имени. Мне показалось, что он хотел услышать совершенно другое имя. Нет, бред это, показалось просто.
— Хорошо, — кивает снова он, — Максим, так Максим. Познакомишь?
— Хрен тебе с маслом, — вытянула руку с фигурой под названием дуля.
— Ну ладненько, — согласился парень и, развернувшись в сторону выхода, добавил, — Я ж всё-равно увижу его, когда-нибудь он тут появится.
— Чертов банный лист на моей заднице, — пробормотала я, вспомнив популярную фразу о приставучих людях.
Погода всё не успокаивалась, казалось, что ветер задувал ещё сильнее. А я, зябко кутаясь в шарф, ждала Марго на улице, так как она пообещала меня подбросить. Но передо мной возник не серебристый жук, а черный джип. Марку не разглядывала, ибо потеряла дар речи от этого монстра на колесах.
— Садись, чего ты встала-то? — крикнул мне Илья, открыв переднюю дверку, сам же выходить из машины не рискнул. Ещё бы, нежный он, видимо, для такой погоды.
— Я Марго жду, — воспротивилась я.
— Марго уже уехала.
— Какого хрена?
Вот же подруга, ну я тебе сейчас. Доставая телефон из кармана, уже придумала пламенную речь о моей любви неземной к её чертовой заднице.
— Я ей сказал, что сам увезу тебя, — добавил Илья.
— Черт бы тебя побрал, а! — делать нечего, я уселась с комфортом на переднее сиденье, — Не великовата машина-то?
— Для меня в самый раз.
До дома ехали молча. Я думала о том, что теперь так просто от Ильи мне не отделаться, похоже, парень решил-таки взять меня в оборот…ага, пыль задолбается глотать.
Назвав ему адрес, продолжила:
— У тебя совсем дел нет, что ли, чтоб меня до дома подвозить?
— Нет, я сейчас свободен и от чашки чая, кстати, не откажусь. Только вот через час мне надо быть в другом месте.
— Максимум, что я могу тебе предложить, это всё та же фигура — «дуля», иногда её еще называют «кукиш с маслом».
— Господи, Саби, я уже всё понял. Ты неприступная женская особь, к которой я не буду подбивать свои бубенцы. Давай уже, расслабься и получай удовольствие от нашего общения.
— Ты серьезно? — с сомнением в голосе поинтересовалась я.
— Очень даже, — кивнул он, — Так что? Чаем напоишь, по-дружески? Я бы ещё от бутерброда не отказался… с колбасой.
— Любишь колбасу?
Кажется, он мне кого-то напоминает.
— Смеяться не будешь?
И вот эта его фраза как-то смягчила меня, что ли, заставила взглянуть на него под другим углом. Вроде и неплохой совсем парень, я бы даже сказала милый и веселый.
— Не буду, — весело поддержала я, подпрыгнув на сиденье.
— Обожаю сырокопченую колбасу, а, если еще на хлеб с маслом и под помидорку, да сверху сыр и все это микроволновку — так вообще красота!
— Ладно, так и быть, снизойду до тебя, смертный, и накормлю твоими этим странными бутербродами.
Этот услужливый засранец даже взял у меня рюкзак, будто мы в школе, когда поднимались ко мне в квартиру.
Макс слинял из дома буквально недавно, о чем говорили горячий чайник и немытая кружка, значит убегал в спешке готовиться к вечеру. Зато Тефтель, завидев здорового мужика на пороге, со всех своих четырёх лап, а мне показалось, что он ещё и хвостом закрутил на манер пропеллера, чтобы поддать ускорения, рванул на Илью, повизгивая от счастья.
— Быть этого не может! — протянул парень, распахнув глаза от удивления, — Тефтель! — крикнул он, дербаня собачьи уши, за сохранность которых я уже начала опасаться, — Ты как тут?
А я на край дивана присела, наблюдаю, потому что сил вымолвить что-то просто нет. Я шокирована.
Тефтеля — это псина Ильи Ивановича? Без сомнения, судя по тому, что она даже ссытся от радости, причем на мой красивый линолеум.
— Тряпка в ванной, — протянула я, всё ещё пребывая на эмоциях.
— Саби, как моя собака оказалась у тебя? Господи, я думал, что потерял его, — Илья, пуская слезы счастья, говорил взахлеб, коверкая слова, а собака была настроена решительна, пытаясь зализать своего хозяина до смерти или хотя бы до предсмертной агонии.
— Ну всё-всё, я тут, — проговорил он, пытаясь сбросить с себя этот центнер любви и ласки.
— Хм, с чего бы начать, — постучав указательным пальцем по губе, изобразив задумчивость, начала повествование, — Твой пёс сшиб меня на улице два раза. В первый раз я рассыпала все продукты из магазина, во второй — нырнула в снег кувырком, жаль, я не гимнастка. Он спёр у меня палку любимой сырокопченой колбасы, кстати, теперь я понимаю, откуда у него такие пристрастия в еде. Потом я нашла его в своём подъезде. Подала объявление в социальные сети, но толку ноль, справлялась сама, как могла.
— Чем кормила? — поинтересовался он, а потом вдруг его осенило, — Так это ты тогда моему псу пакет с кормом тащила, когда мы встретились у кафе?