После такого она наверняка отправится прямиком в кабинет наставника, чтобы меня срочно проверили на предмет галлюцинаций. И оно и понятно.
Решаю дождаться её после следующего урока. Заодно успею придумать, что именно ей скажу.
Обеда жду как избавления: Джею, Рейчел и Юки всегда удаётся поднять мне настроение. Сегодня Пятница пиццы – любимый день недели Джея.
– Вот он, любимый пирог Америки, – выдыхает Джей, с наслаждением уплетая уже второй кусок пепперони.
– Постой, любимый пирог Америки… это ведь яблочный пирог? – уточняет Рейчел.
Джей качает головой.
– Да ну? А мне казалось, пепперони.
– Не думаю, что пицца вообще считается за пирог, – подаёт голос Юки.
Я достаю подаренную мистером Ли записную книжку и кладу её на стол. Его слова продолжают крутиться у меня в голове…
Гипнотизирую пустую страницу и размышляю над этими вопросами. Хотела бы я ответить, что пишу для себя. Но, может, это неправда. Может, я всегда пишу для кого-то. Например, для профессоров английского в Риде, которые могут прочесть мой текст и решить, будто он недостаточно хорош. Что они подумают? Или всем им просто плевать?
Есть ли мне вообще что сказать? И если и есть, то… может, всему остальному миру будет на это плевать. Или это не имеет значения… но ведь главное, чтобы мои тексты были важны для меня, так? Всё это сложнее, чем кажется.
Может, именно это имел в виду мистер Ли, когда сказал, что в наших головах слишком много голосов? Вот бы отключить их и услышать саму себя.
Я стучу ручкой по столу и думаю.
– Красивая записная книжка, – замечает Юки. – Откуда она у тебя?
– Мистер Ли подарил. – Я закрываю блокнот и показываю обложку: в свете столовой расшитые цветы блестят, как драгоценности. – На прошлой неделе кто-то принёс её в магазин.
Рейчел склоняется, чтобы получше разглядеть узоры.
– Красивая. Подержать можно?
– Ага, знаю, в ней и писать-то жалко. – Я передаю книжку Рейчел. – Вдруг я всё испорчу?
– А о чём ты пишешь? – спрашивает Юки.
Я опускаю взгляд на свои руки… а потом ответ приходит сам собой. Совсем как воспоминания. Словно я всегда его знала.
– О Сэме. Буду писать о нём. О нас.
Юки одаривает меня улыбкой.
– Я бы хотела об этом прочесть. Если захочешь поделиться.
Я отвечаю на её улыбку своей. Кто-то подходит к столу.
– Ничего, если я присяду?
Я поднимаю взгляд. Оливер.
У него в руках тарелка с куском сырной пиццы и шоколадное молоко. Я оглядываюсь на стол, за которым сидят Тейлор и Лиам: они неотрывно смотрят на Оливера.
– Да, – отвечаю. – Конечно, садись.
– Круто.
Оливер ставит стул рядом со мной, и Джею приходится подвинуться.
– Привет, Юкс. – Он кивает Юки. – Как дела в хоре? Новые соло выдали?
Юки вытирает рот салфеткой.
– Надеюсь, скоро получу. Совсем недавно прослушивания были, отбор на следующий концерт.
– Уверен, ты им просто головы снесёшь. – Оливер открывает коробочку шоколадного молока. – Помнишь, как вы с Сэмом тогда зажигали в караоке? Вот времена.
Я и забыла, что Оливер и Юки познакомились благодаря Сэму.
– Посмотрим. – Щёки Юки покрывает лёгкий румянец.
– Я в любом случае приду, – сообщает Оливер, а потом поворачивается к Джею и облокачивается на спинку его стула. – Мы, кажется, не знакомы. Оливер.
– Оу… Джей. Я – Джей.
Оливер потирает подбородок.
– Откуда я тебя знаю?
– Ты как-то приходил на встречу Экологического клуба, – поясняет Джей. – Но больше там не появлялся.
–
Я поддеваю его локтем.
–
– Да я шучу! – Оливер машет рукой. – На самом деле я впечатлён.
Рейчел протягивает через меня руку и ударяет Оливера по плечу, привлекая его внимание.
– Не хочешь вступить в наш клуб? – Она протягивает ему форму. – Нам не хватает шести подписей.
– Конечно. А что за клуб?
Рейчел выхватывает из моей руки ручку и передаёт её Оливеру.
– Клуб азиатских студентов. Надеемся организовать как-нибудь показ фильма.
