— И я тоже. — Не унимался эстонец. — Мама ему нужна! Жена тебе нужна!!! А мамы тебя и так любят. Поверь мне. Видел я, как они на тебя смотрят. Души в тебе родненьком не чают. Чего тебе ещё надо?! Ну, появилось у них увлеченье? Ну, подружились они с кем-то? Радуйся! Им хорошо. Или ты забыл, какой была Дарья Михайловна после смерти мужа? А сейчас посмотри. Глаза живые и румянец появился.
— Да. — Добавил Влад. — И нога вывихнута.
— Как нога? — Не понял эстонец.
— А так! Возвращалась она от своей подопечной, поскользнулась и упала. Еле до дому дошла. Я врача вызвал. Слава Богу, что только вывих.
— Вывих. — Передразнил его Володя. — Да это тебе надо было вывих сделать, только головы.
Влад усмехнулся.
— Ты думаешь? Знаешь, а мне кажется, что ты прав. Только это надо было сделать года четыре назад.
Теперь удивился эстонец.
— Когда?
— Когда я ещё учился в институте. — Объяснил Влад. — Сейчас я уже понимаю, что институты выпускают не только инженеров, но ещё и полных идиотов. Представляешь? Тебе выдают два диплома. Один на инженера, другой на идиота.
— Юродствуешь? — Усмехнулся Володя. — Ну, давай, давай! И какая была бы у тебя тема для защиты второго диплома?! — Спросил эстонец и вновь продвинулся по очереди.
Но Влад спросил:
— Володя, ты знаешь сказку «Золушка»?
— Ну, знаю! А что?
— Скажи, как ты думаешь, принц смог бы полюбить Золушку, если впервые её встретил не на балу в роскошном наряде, а в повседневном платье, да ещё с волосами, завязанными на затылке в «конский хвост». — Влад смотрел в сторону. В его глазах была тоска.
Володя взглянул на друга и понял, что он спрашивает вполне серьёзно и что шутить сейчас с ним не надо. Он положил руку ему на плечо и ответил. — Я думаю, что сразу бы он её, наверно, не полюбил. Но то, что с этого момента думал бы о ней, не сомневаюсь.
Влад удивился.
— А я-то думал, что ты меня полоумным назовёшь?
— Почему? Нет. Ведь от этих глаз действительно можно сойти с ума. Я тебя понимаю.
Очередь двигалась очень медленно. Ребята стояли уже полчаса, и их терпение было на исходе. Влад не выдержал. — Володя, может быть, ты обаяешь продавщицу? За твои златые кудри, да голубые глаза они тебе безо всякой очереди ведро цветов продаст. Володя, будь другом? — Влад жалобно посмотрел на эстонца и добавил. — Алле я ничего не скажу.
Похвала друга зажгла в глазах эстонца боевой огонёк.
— Ты думаешь?
— Уверен! — Влад снял с него шапку и взлохматил кудри. — Ты же красавец! Перед тобой никто не устоять.
Глаза эстонца засияли ещё больше и со словами «Пошёл обаять!», он стал пробираться к продавщице.
Влад остался стоять в очереди. За Володю он не переживал. Ему оставалось только ждать его с победою. И как это раньше такая мудрая идея не пришла ему в голову?
— Старею. — Подумал он и усмехнулся.
Ему шёл тридцатый год. Пора бы и остепениться, а так не хотелось. Влад не верил своим годам. Вроде уже тридцать, а юношеская энергия не иссякла, поэтому голова совершенно не хотела думать о жизни. И лишь последние полгода заставили его о чём-то задуматься.
Раньше он спокойно жил под маминым крылом и даже женитьба не изменила его. И только смерть тестя, и отъезд Светланы надломили его прежнюю жизнь и резко направили её в другом направлении.
Влад почувствовал, что в нём нуждаются, но не говорят об этом. И, лишь когда он в сотый раз посмотрел в глаза Дарье Михайловне, то это понял. С этого дня жизнь его изменилась. И главное, ему было приятно о ком-то заботиться! Он чувствовал, что обе мамы очень любят его, и он любит их, но уже какой-то новой — отцовской любовью, наполненной заботой о них и волненьем. А вот со Светланой, всё шло не так. Вместо восхищённой любви, которая в своё время захлестнула его сердце, пришла холодная отчаянность. Он понял, что никогда не сможет понять её и быть таким, каким требовала быть его Светлана. И как этого раньше он не замечал? Он был ослеплён борьбой за неё и победой над другими поклонниками Светланы. А она постоянно утверждала своё превосходство, независимость, эгоизм, не интересуясь его мнением, не считаясь с ним. Влад понял, что так будет всегда! И вот отчаянье в душе сменилось полным безразличием к ней и, почему-то, к жизни.
Владу ничего не хотелось. Он наблюдал жизнь, совершенно не принимая в ней участия. Всё изменилось в одно мгновение, когда он взглянул в глаза Майи в праздник Нового Года. Влад проснулся, хотя в себя пришёл не сразу. Он боялся спугнуть в себе вновь народившуюся жизнь, понимая, что без Майи её просто не будет. В тот момент Влад растерялся и не знал, что делать дальше. К нему на помощь пришли друзья. Владу было интересно, чем всё это кончится. И не заметил, как сам с радостью включился в этот чудесный спектакль жизни.
Он ничего не знал о Майе, после того, как она бросила институт. Даже случайная встреча их в ЗАГСе, во время регистрации брака со Светланой, только удивила его. И вдруг новая случайная встреча в Новый Год!
