-- Знаешь, Володечка, - проговорила, всхлипывая, Таня, - я поклялась не вспоминать свою жизнь с Павлом. Я знаю, ты этого не любишь. Но я тогда была беременна. У меня должны были быть девочки. Две девочки. Я не успела даже им придумать имен... А их уже не стало...
Владимир молчал. Сколько же прошлое будет преследовать его Таню?
Геле и Сергею, в самом деле, нужен был именно Владимир. Два дня назад Геля решила проверить появившиеся в изобилии в продаже тесты на беременность. Просто так. Купила в аптеке несколько штук. Каково же было её изумление, когда результат оказался положительный. Женщина всполошилась. По её подсчётам, она никак не могла быть беременной. Ну, никак! Организм работал как часы. Поделилась своим открытием с мужем. Сергей обрадовался, но, видя, что жена взволнованна, успокаивал:
-- Ну что ты? Мне Танька рассказывала, что ты всегда мечтала о ребеночке. Помню, как она советовала побыстрее сделать тебе ребенка.
-- Ну, Танька! Сказала все-таки.
-- Сказала, родная моя женушка. Еще как сказала! Рожать будешь, у нас всё в порядке!
-- Да не совсем всё у нас в порядке, - отвечала Геля, а потом заплакала: - Я боюсь, Сережа. Как сейчас рожать? Как вспомню Таню, её беременность, выкидыш, чистки. Боюсь я. Зачем вы связались с деньгами!
-- Всё перемелется, - отвечал Сергей. - Таньке только не говори, что Лодзинский до сих пор копает под нас. А ведь он обещал Володе, когда тот соглашался оперировать его мать, что оставит нас в покое. Хотя все мы знаем, ему нельзя верить.
-- Да отдай ты ему всё. Проживем!
-- Жирно будет, - отвечал муж. - Хватит ему Танькиных заправок. Не бойся, Геля. Мы с Чугуновым его крепко поприжали. Да он какой-то прибитый после смерти матери. Выкинь мысли о нем из головы, и рожай!
-- Все так, Сережа. Я хочу ребеночка, но сейчас лучше б не рожать.
Словом, Геля хотела подождать с рождением ребёнка. А тут положительный тест. Сергей высказал предположение: может, тест бракованный. Геля надеялась на ошибку и сделала еще раз тест. Опять положительный. Женщина думала, что если она и беременна, то срок маленький, всего две недели, могут ли тесты распознавать беременность на таком сроке? Но в любом случае, об аборте не могло быть речи. Геля хоть и расстроилась, но знала, что она будет рожать. Вот и вызвали для консультации Володю.
Владимир выслушал сбивчивые объяснения Гели, ничего не сказал определенного. Велел приехать на неделе к нему, он попросит Стаса посмотреть женщину, потому что Стасу равных в ведении беременных не было. Владимир слышал о его таланте узнавать беременных женщин по выражению лица. "У беременной женщины взгляд устремлен внутрь себя", - говорил друг. Стас, правда, давно перешёл в онкологию, но до сих пор к нему рвутся женщины, желая видеть его своим лечащим врачом. Поэтому в гинекологии Поздняков подрабатывает тоже на полставки. Все это Сергей и его жена услышали от Владимира.
-- Зачем тогда Позднякова в онкологию утащил? - сердито спросила Геля.
-- Нам хорошие врачи тоже нужны, - ответил Владимир.
-- Не расстраивайся, Геля, - сказала Таня. - Я так думаю, врут тесты. Давай, пойдём, на мне твой тест проверим. Может, они не качественные.
Владимир вслед сердито пробурчал, что тесты практически не ошибаются.
Тест показал, что и Таня беременна.
-- Ну вот, - расстроенно сказала Геля, - и ты тоже беременна. Как не вовремя.
-- Нет, Гелечка, не беременна я, это невозможно, - еще более расстроенно ответила Таня. - Если я беременна, то от силы недели две. А знаешь, - глаза Тани зажглись весельем. - Давай наших мужичков на беременность проверим. Тогда точно знать будем, качественные или некачественные тесты.
Мужчины наотрез отказались делать себе тесты. Сергей по этому поводу шутливо прокомментировал:
-- Не дай Боже, и мне положительный будет. Мне тоже тогда рожать придется. А я боюсь. Нет, уж. Не знаю и не надо.
Все засмеялись. Но ни тесты, ни Стас, глядя на Таню, не ошибались. Срок беременности Гели был четыре недели, у Тани, как она и предположила, две.
Беременность у Гели Стас определил сразу. Потом посоветовал другу понаблюдать за глазами женщины. Владимир присмотрелся. Все правильно говорил Стас: все мысли Гели, куда бы она не смотрела, о чем бы ни говорила, что бы ни делала, направлены на будущего ребенка. Она постоянно думает о малыше, что носит в себе. И у Тани точно такой же взгляд. Это тоже заметил и Владимир.
Стас осмотрел Гелю, поздравил. Геля после посещения врача успокоилась, повеселела и сказала:
-- Ну и хорошо. А то мне уже за тридцать. Давно пора рожать. Так, Сереж?
Откровенно радовался Сергей, который пришел вместе с ней на прием, на его лице появилась широкая глупая улыбка. Геля даже засмеялась. Обрадованные, муж и жена быстро ушли. Им хотелось побыть только вдвоем, разделить друг с другом радость. А Владимир остался. Долго говорили Владимир и Стас. Говорили о Тане. Стас рассказывал, что было с Таней. Многое уже Владимир знал со слов Гели, Сергея, Тани. Но про больницу Таня не говорила. Для неё это были самые тяжелые воспоминания. Она старалась забыть эти дни.
