-- Я виновата перед тобой, Володя. Любила я тебя. Помнишь, тебя привёз пьяного твой товарищ, я открывала вам дверь. Вот тогда всё и случилось. Только ты меня Таней называл. Прости меня... Я ехала сюда к тебе. У меня обнаружили опухоль. Я знала, что меня ждёт смерть. Но надеялась... ты всё-таки онколог... да и ребёночка надо пристроить куда-то было... В случае чего... Но я надеялась, что ты спасёшь меня. Но кровотечение началось уже в поезде. Меня с вокзала привезла скорая помощь. Остальное ты знаешь... Уходи, я устала.
Владимир стоял молча. Что он мог сказать. Ничего не всплывало в памяти. А Наташа тихо говорила о чем-то своем:
-- Это проклятые деньги во всем виноваты. Они погубили моего брата. Из-за этого проклятия умерла моя мать. И я... Я обещала не трогать их, но нарушила слово... Но мой маленький Максимка попросил их... и я прикоснулась к ним... Потом я решила уехать... Я опять взяла их.... Вот и умираю поэтому...
-- Наташа, - прервал женщину Владимир. - Таня хочет, чтобы твой малыш остался у нас. Наташа, я приведу юриста. Ты должна подтвердить, что я отец мальчика...
-- Да, да, - отозвалась женщина. - Только поспеши. Мне немного осталось.
-- Наташа, у тебя есть родные?
-- Нет, - ответила женщина. - Был брат, но его отняли проклятые деньги... Брата больше нет, нет и меня... Деньги погубили нашу семью...
-- Наташа, ты как хотела назвать мальчика?
-- У него есть другая мать. Она даст ему имя...
Голос женщины прервался. Она истратила последние силы и стала впадать в бессознательное состояние. Владимир вышел. Как хорошо, что здесь рядом была его Танька. Понимающая все. Самая красивая и самая добрая, все понимающая.
... А Таня уже теребила его с другим вопросом:
-- Иди, Володечка, скажи, чтобы мне давали кормить обоих детей. Скажи, чтобы Павлика принесли в нашу палату. А то плачет, небось, мамы нет рядом, - женщина всхлипнула. - Ты же врач, тебя послушают.
-- Да-да, - растерянно проговорил Владимир.
Наташа умерла через сутки. Последние часы была без сознания. Но отцовство Протасова Владимира Петровича успела подтвердить. Родных и знакомых в А-ке не было у Наташи. Её хоронили Владимир и Сергей. Стас помогал. Леля успела только к поминкам. Она накануне вернулась из поездки, возила отдохнуть девочек Светы. Вот и все друзья и знакомые. После похорон сели помянуть, как это положено по христианскому обычаю. Не чокаясь, выпили по рюмке водки.
-- Ну что, Володька! Дожалелся! - сказала Леля, как всегда грубовато. - Что с ребёнком-то Наташиным будешь делать?
Железная леди, как и остальные, не сомневалась, что Наташа родила от Владимира. Владимир не успел ответить.
-- Так ребенка-то Наташиного больше нет! - это вмешался Сергей.
-- Как нет? - не поняла Леля.
-- А как не бывает детей? - расплывчато произнёс Стас и отвернулся.
-- Не выжил? - ахнула Леля.
Мужчины молчали.
-- Да, да, не подумала, - виновато проговорила женщина, - ведь у матери его, у Наташи, была опухоль. И я тут со своим дурацким вопросом. Почему я сразу всего не поняла?
Она вопросительно посмотрела на Владимира. Тот кивнул. После, когда остались одни, он спросил друзей:
-- Зачем вы наврали Леле?
-- Я не врал, - ответил Сергей. - Я сказал правду.
-- Ты сам знаешь, что в истории болезни теперь записано, что Таня родила двойню, - продолжил Стас. - А Наташиного ребёнка нет. Ни к чему лишние разговоры.
Тане кормила своего мальчика, когда в её палату поставили вторую детскую кроватку и принесли другого малыша. Медсестра предложила помощь.
-- Я сама, - ответила Таня.
Она положила наевшегося Стасика в кроватку и взяла Павлика на руки, поднесла к груди. С напряженным вниманием вглядывалась женщина в этого малыша, вслушивалась в свои чувства. Но ребёнок был такой беспомощный, маленький и голодный, он буквально вцепился своим беззубым ротиком в грудь женщины. Таня даже ахнула и раз и навсегда полюбила своего второго сына. Любовь к нему пришла с первым глотком материнского молока, который он сделал. Установилась какая-то биологическая связь между малышом и кормящей женщиной, неподвластная человеческому разуму. Павлик наелся, а Таня все сидела и держала его на руках. Слезы катились по щекам. Вошла Лиза.
-- Что с вами? - спросила она.
-- Я испугалась, - ответила женщина.
Лиза удивленно и вопросительно смотрела на неё.
-- Я испугалась, - повторила Таня, - что у меня могло не быть Павлика. Я чувствую, это мой мальчик. Знаете, вот здесь (женщина показала на сердце) что-то стало горячо. Вот я заплакала.
-- Поспите-ка вы, мамочка, - посоветовала Лиза. - Близнецы вам еще зададут жару. Родить двойню - не шутка. Давайте сюда вашего...
-- Павлика, - подсказала женщина.
Таня нежно поцеловала своего второго сына и передала Лизе.
Таня уснула. Ей снился сон, который без конца повторялся после гибели Павла. Сон, про который она никому не говорила, а только плакала, проснувшись утром. Сон, который её мучил и без которого она бы не выжила...
