Сидя на подоконнике в коридоре универа, где наша группа ждала преподавателя, я заметила Нечаева. Человек, в которого, я думала, была влюблена до беспамятства, шёл навстречу какой-то девушке. Красотке с длинными волосами и тонкой талией. Едва они приблизились друг к другу, как Нечаев засосал её как пылесос. Я даже немного вздрогнула, не ожидав такой прыти посреди учебного коридора.
Ещё недавно я бы всё отдала, чтобы сам Нечаев целовал меня так же на глазах у всех, но сегодня меня передёрнуло от увиденного.
Как же отвратительно он целуется – начиная от громкого причмокивания и засасывающего звука, и заканчивая тем, как он прижался к её джинсам своим пахом. Будто пёс, который пытается трахнуть ни в чем не виноватую плюшевую игрушку.
Так и хочется подойти и дать ему по башке сумкой, чтобы перестал так делать. Нежнее надо, Егорушка! Будто она хрустальный сосуд! И двумя руками её держи. Бережно! А не с одной на её горле, а второй рукой в своём кармане. Неизвестно, что он там ею делает…
Но, похоже, девушке происходящее очень даже нравится, раз она сама льнёт к нему.
- Мне кажется, если бы они были собаками, то слиплись бы задницами, - в мои мысли вмешался голос Евы. Я уже забыла, что всё это время, что длился громкий поцелуй, она была рядом со мной на подоконнике.
- Ты сделала это зрелище ещё более отвратительным, - я поморщилась и перестала смотреть на внезапный обмен слюней. Снова вздохнула и опустила взгляд на сумку, что держала на коленях. Перебрала ремешки.
- Может, уже скажешь, в кого ты так мучительно влюбилась? – спросила Ева.
- Ни в кого я не влюбилась. Просто зимняя депрессия.
- Ага, конечно. обычно, когда ты депришь, ты тащишься в клубешник или мы с тобой тупо гуляем по городу. Тут точно что-то другое. И я подозреваю влюблённость. Не в Нечаева. Это кто-то мощнее. Расскажешь?
- Нет никого. Просто, конец года и…
- Это из-за того, что твой папа потерял бизнес?
Я вскинула взгляд на подругу.
- Откуда ты знаешь?
- Да я ещё с прошлого года знаю, - повела она плечом и потупила взгляд, стараясь не смотреть мне в глаза. – Папа сказал. Просто не хотела акцентировать на этом внимание. Тем более, ты сама об этом никому не говорила. Даже мне.
- Кто ещё знает?
- Да все, наверное. Сама знаешь, как слухи быстро разносятся.
- Зашибись, - выдохнула я обессиленно. Спрыгнула с подоконника и накинула сумочку на плечи. – И как? Смешно было наблюдать за тем, как я прикидываюсь, что у меня всё ещё есть бабки и новые шмотки? – взвилась я на подругу.
- Лин… - страдальчески поморщилась она, спрыгнув за мной следом. – Мы, наоборот, думали, что это классно, что ты не теряешь оптимизм. Лично я планирую вести себя так же, когда у моего папы всё рухнет. Тем более к этому всё и идёт… - тихо добавила она, едва не выдавив слезу.
- Угу. Обнять и плакать, - я резко крутанулась на пятках и, широко шагая, пошла к лестнице ведущей вниз, чтобы покинуть универ.
Настроение резко упало ниже плинтуса. Примерно так же я себя сейчас и ощущала, понимая, что целый год была посмешищем для многих людей, а их улыбки в свой адрес принимала за теплое приветствие, а не за скрытую насмешку, как это оказалось теперь.
- Ну, Лин! – выла где-то позади Ева, очевидно пытаясь меня догнать, но в какой-то момент бросила эту затею, потому что из универа я вышла без погони.
Долго слонялась по улицам, пряча нос в высоком воротнике модного в прошлом году пуховика и грела руки в карманах, думая о том, что мне делать теперь.
За две недели с момента ухода от Афанасьева я успела устроиться на работу. Мою посуду в кафе вечерами. Платят немного, но зато я имею хоть какие-то деньги и работа не мешает учебе. Но я понимаю, что нужно искать ещё какую-то подработку, если я хочу выплатить долг Афанасьеву, как сама же пообещала, уходя.
Домой пока идти не хотелось. Скоро приедет папа и вынесет мне мозг своей внезапно обострившейся заботой. Он вдруг решил стать образцовым отцом, а страдаю я, как единственный ребенок. Говорит, что наверстывает моё упущенное им детство, когда он делал бизнес, а я к концу дня тихо думаю о том, чтобы подсунуть ему алкоголь, чтобы он снова на меня забил.
Мама домой так и не вернулась. Всё ещё настаивает на разводе и, насколько я поняла, у неё уже начался с кем-то роман. Оказывается, тот вечер, когда меня выгнал папа, она на какой-то вечеринке познакомилась с мужчиной.
Пока он за ней просто ухаживает. Дарит цветы и подарки…
Вообще не представляю, как сказать об этом папе, который свою первую зарплату планирует потратить на большой букет для мамы.
В общем, нынешний Новый год для меня не является чем-то волшебным. Всё идёт не так и совершенно не туда. Если я сейчас поскользнусь, упаду и на меня кто-то наступит, то я этому даже не удивлюсь и приму как должное. Такой год у меня вышел. Наверное, к лучшему, что он заканчивается.
Телефон в кармане завибрировал. Нехотя достала его, понимая, что это наверняка звонит папа, чтобы сообщить, что уже едет домой и спросить, нужно ли купить что-то к ужину.
Но, глянув на экран, увидела незнакомый номер.
