— Может, сходим позавтракать? — неожиданно для себя предложил он. — Я угощаю. Тут недалеко есть кафе, где делают отличный омлет.
Райлан склонил голову набок.
— Пошли, — сказал он. — Но разве у тебя нет своих планов? — Смысл вопроса был очевиден, и Скотт покачал головой.
— Нет. Парень, с которым я сейчас встречаюсь, уехал до конца выходных.
Райлан удивленно поднял глаза.
— Ты с кем-то встречаешься?
— Да, уже с месяц. — Он заметил, что Райлану до смерти хочется спросить о чем-то еще. — А что?
— А он не возражает… — Райлан махнул в сторону клуба.
— Против моей работы? — Скотт начал идти и, когда Райлан приноровился к его широкому шагу, засунул руки в карманы. — Да нет, с чего бы. Он порноактер.
Райлан поперхнулся, и Скотт хохотнул.
— Он, собственно, потому и уехал — на съемки.
— И это не напрягает тебя?
— Нет, это же просто работа, как и то, что я делаю в клубе. И мы оба знаем об этом.
Они дошли до кафе, и Скотт, придержав для Райлана дверь, вдохнул успокаивающий аромат жареных зерен, которым пахнуло из яркого, теплого интерьера. Они сели. Вскоре у них в руках оказалось меню, а на столике появился кувшин горячего кофе, принесенный дружелюбной, жующей жвачку официанткой.
Скотт уже знал, что закажет, и потому просто сидел и смотрел, как Райлан изучает меню. Он больше не красил волосы в цвет лаванды, а вместо циркониевых кубиков в его ушах сверкали крошечные бриллианты. На его челюсти лежала тень легкой щетины, пальцы, которые держали меню, были тонкими, длинными, с короткими и ухоженными ногтями. Его запястье оттягивали большие дайверские часы, а из украшений он носил только плетеный кожаный чокер.
— Ну а что у тебя? — спросил Скотт, когда он отложил меню в сторону.
Райлан взял кружку и, сделав несколько осторожных глотков, блаженно зажмурился.
— Боже, какой вкусный кофе, — пробормотал он. — В смысле… что у меня?
— Тебя дома кто-нибудь ждет?
Райлан сжал губы и помрачнел.
— Мой бойфренд был против того, чтобы я уезжал из Майами, — признался он тихо. — И порвал со мной прямо перед отъездом. — Он дернул плечом. — Сказал, что отношения на расстоянии не для него. Хоть и знал, что это только на время.
— Сочувствую, Рай.
— Да уж. У нас все было довольно серьезно. По крайней мере, так считал я. Но он бросил меня после первого же испытания наших отношений на прочность. — Райлан невесело хмыкнул. — Вот почему я в таком шоке от мысли, что ты встречаешься с порнозвездой. У вас, видимо, суперкрепкие отношения, раз на них не влияет то, что он занимается сексом с другим, пока тебя лапают чужие мужчины, а ты полуголый трешься у них на коленях.
Скотт выгнул бровь.
— Или же, — промолвил он сухо, — нам обоим просто плевать.
Глаза Райлана распахнулись, и он, поперхнувшись кофе, закашлял в салфетку.
— Наверное, и такое тоже возможно, — сказал он, отдышавшись. — Но зачем тогда говорить, что вы с ним встречаетесь?
Скотт сделал глоток воды.
— Не знаю, наверное из самообмана. Потому что раз из раза я думаю, что, может, сейчас у меня получится что-то почувствовать, но потом понимаю, что нет, мне по-прежнему наплевать.
— А твои партнеры чувствуют то же?
— По большому счету это неважно. Я не скрываю, что не силен в отношениях, и парни обычно знают, на что идут, когда связываются со мной. Особенно такие, как Лэнс. Ну, порноактер. — У Райлана стало такое лицо, что он ощетинился. — Райлан, ни твое осуждение, ни твоя жалость мне не нужны.
Райлан неотрывно смотрел на него.
— Я знаю. Но просто… — Он отвернулся, и Скотт тронул его за запястье.
— Просто что?
Райлан накрыл его руку своей. Его пальцы были сильными, теплыми.
— Просто мне грустно видеть, что некоторые вещи не изменились, — ответил он тихо, и Скотт сразу отдернул руку обратно.
— Какие вещи? — спросил он с сарказмом, чувствуя, как холодно становится коже. — То, что в двадцать четыре я остался таким же бессердечным подонком, каким был в восемнадцать?
Райлан уже качал головой.
— Нет. Я о твоей уверенности в том, что ничего большего ты не достоин.
Скотт через силу сглотнул, потом процедил:
— Может, ничего большего мне и не надо. Райлан, у меня есть все, чего я хочу. Абсолютно. Не смей подвергать это сомнению и жалеть меня, мать твою, тоже не смей.
Появилась официантка, и Скотт заказал свой обычный омлет со шпинатом, а Райлан — бекон и оладьи с черникой и кленовым сиропом. На его лицо уже вернулось легкое, дружелюбное выражение, и он, оставив предыдущую неприятную тему в покое, подмигнул Скотту и пошутил:
— Раз уж ты платишь, то я оторвусь.
Скотт, расслабившись, усмехнулся.
— Вперед. Дни безденежья для меня, слава богу, давно позади. Может, в кругосветное путешествие мне пока не отправиться, но угостить симпатичного парня и купить ему завтрак я уж точно могу. — Его изрядно развеселило то, что Райлан вдруг покраснел. — Должен сказать, что в твоем случае я очень рад, что некоторые вещи не изменились, — продолжил он, переиначив то, что минуту назад сказал ему Райлан. — Когда ты смущаешься, то по-прежнему заливаешься краской.
Райлан, застонав, потер ладонями покрасневшие щеки, и Скотт не смог удержаться, чтобы не поддразнить его еще раз.
