Сумма была очень большой, но я вовремя вспомнила, что десять золотых я должна в храм Госпожи Удачи. Да и Отто должен получить свою долю за отчет.
– Вы подпишетесь под отчетом?
– Двадцать пять золотых, – сказал Димитр таким тоном, что стало понятно – это последняя сумма.
– Хорошо.
– И вы обещаете забыть об этом маленьком инциденте в стенах нашего учебного заведения?
– Вы о том, что вы не подготовили студентов к встрече с Мастерами Артефактов? Или о том, что на лекции должны были приходить только те, кто был заранее ориентирован на возможную программу обмена? Или что преподаватели Университета даже не пожелали взглянуть на привезенные артефакты? А-а-а, наверное, о том, что с попустительства высокого университетского начальства были нарушены условия магического поединка?
Отто жестами показал, что уже хватит.
– У меня вообще девичья память. – Я улыбнулась бледному проректору.
Он кивнул и достал из кармана мешочек.
– Вы позволите, отчет я оставлю себе?
– Оставляйте, – великодушно махнула я рукой.
– А копия есть?
– Нет.
Проректор вздохнул с облегчением.
– Вы уезжаете завтра утром, так? Сегодня мы передадим списки тех, кто хотел бы отправиться на ознакомительную экскурсию в мастерские Чистяковского Университета и, возможно, остаться по программе обмена.
Вполне довольные друг другом, мы расстались. Я выяснила, где можно найти Иргу, нужно было поговорить с ним.
– Только ты потактичнее, – посоветовал Отто. – Все-таки его мать.
– Но почему он мне этого не говорил?
– Значит, у него были на это причины, – мудро заметил полугном.
Ирга в кабинете корпел над бумагами.
– Вот она, работа некроманта: на кладбище вырываешься, как на курорт, – пожаловался он нам, внимательно присмотрелся и спросил:
– Что случилось?
– Мы были в галерее…
Ирга помрачнел.
– Проректор повел хвастаться? Это его конек.
– Мы там видели портрет твоей мамы. О Ирга, почему ты мне никогда о ней не говорил?
– Говорил. Я тебе даже колыбельную как-то пел, которую она мне пела.
– Но ты никогда…
– Потому что, – вдруг крикнул Ирга, – потому что это она для вас Ириада Искальская! Великая магичка! Портрет в галерее! Страница в учебнике! А для меня она просто мама. Понятно? Просто моя мама!
– Успокойся. – Я попыталась обнять некроманта, но он вырвался и прижался лбом к оконному стеклу. – Я все понимаю, она была для тебя лучшей мамой.
– Я был там, – глухо сказал Ирга. – Я был там, когда все это произошло. Она приказала мне бежать, а сама… Я много лет думал, почему она это сделала? Почему она не убежала со мной? Неужели это было важнее, чем я? Чем мы?
– Сколько тебе было тогда лет?
– Шесть, – прошептал Ирга. – Она обещала подарить мне братика, она обещала, что никогда меня не бросит и будет любить всегда-всегда.
Я обняла его и прошептала:
– Я уверена, она тебя очень-очень любила.
Ирга помолчал, а потом признался:
– Отец после ее смерти как будто сошел с ума. Он искал способы ее воскресить, вернуть хоть ненадолго. Многие открытия в современной некромантии сделаны им. А потом я уговорил его жениться, потому что все время хотел есть, а соседка пекла такие вкусные пирожки.
Ирга повернулся к нам и сверкнул глазами:
– Только не смейте меня жалеть! Это дела давно минувших дней.
– Ты поэтому поступил в наш Университет?
– Да, потому что здесь я для всех был сыном Той Самой. А в Чистякове Ирга Ирронто никакого отношения к Ириаде Искальской не имел.
– А я думал, что ты к нам приехал из-за вашей мерзкой погоды, – разрядил обстановку Отто.
Некромант улыбнулся. Из глаз у него исчезла тоска, и он снова стал похож на Иргу, которого я знала.
– И это тоже. Пойдемте, я вас провожу.
Полугном топал впереди, сморкаясь и бурча. Ирга заставил меня немного приотстать и спросил:
– Можно пригласить тебя в гости?
– Конечно, а куда?
– К себе в комнату. Я живу один, у меня уютно. Чай есть, твой любимый, конфет купим.
– А потом по мерзкой погоде возвращаться в гостиницу? Бе-э-э…
– Зачем возвращаться? Я уверен, что тебе понравится моя кровать.
– Да? Ну ладно, я согласна.
Ирга обрадованно притянул меня к себе.
– Ола, – прервал нас охрипший голос Отто, – посмотри-ка!
– Ну что там еще? – спросила я и протерла глаза. По улице, не обращая внимания на дождь и лужи, к нам стремительно приближался Беф.
– Это не галлюцинация, ты тоже это видишь? – спросил полугном. Я потрясенно кивнула.
– Так, – сказал Беф. – Все в сборе. Что у вас тут произошло?
Я не удержалась и пощупала его мантию.
– Ольгерда, оставь свои штучки. Я живой и во плоти.
– Наставник, а что вы тут делаете?
– До меня дошли слухи, что тут происходит нечто интересное. Я телепортировался.
– Телепорт… – Телепортационные установки стояли в каждом большом городе, но стоимость услуги была такая, что маги предпочитали ездить верхом или в пассажирских каретах. Само заклинание телепортации пожирало у мага столько сил, что пользовались им только в случае смертельной опасности. И все равно существовала вероятность быть выброшенным в неизвестном месте практически без сил.
– Что у вас тут происходит? – спросил Беф, всем своим видом говоря: я знал, знал, что вы во что-то влипнете!
