Тоннель закончился. Открылась дверь. Я выбрался наружу и отключил инфракрасное зрение. Анриль вывела меня в лес, но неподалёку шумели машины на скоростной трассе. Вечерело, и цвета уже поблёкли. Однако до полного наступления ночи — времени, в которое я привык работать — было ещё далеко. Хуже оказалось то, что небо было абсолютно безоблачным. То есть, если я взлечу или выйду на открытую местность, мои перемещения можно будет запросто отследить с помощью спутниковой системы. Но вариантов не было. Мелькнула мысль, что после такого количества… несанкционированных действий мне устроят очень тщательную проверку на предмет, не сошёл ли я с ума окончательно, но я отмёл её. Сейчас важно было одно — спасти Лину. Кстати, чувство тревоги, зародившееся, ещё когда я был без сознания, не спешило меня покидать. Вероятно, именно оно и стало причиной моего пробуждения.
— Удачи, ликвидатор, — сказала Анриль и скрылась в тоннеле.
Большой замшелый валун встал на место. Глубоко вдохнув, я взмыл в чистое небо и стал быстро набирать высоту. Потом, поймав ветер, полетел на сигнал ближайшего датчика.
Машина ехала очень быстро, но постепенно я догонял её. На светлом вечернем небе показались первые звёзды, ещё неяркие. На востоке полыхала вечерняя заря. И на её фоне я через некоторое время различил летящий над дорогой вертолёт. Неприятный сюрприз. К счастью, я был выше и летел сзади, так что пилоты не могли меня заметить. Я заработал крыльями усерднее, мышцы отозвались слабой болью. Не глядя, я вытащил из пояса стимулятор и автоматическим движением вколол в руку. Голова тотчас закружилась, я еле сумел удержаться в воздухе, но скоро всё прошло, а я почувствовал потрясающий прилив энергии. Потом мне будет плохо, но до этого я успею спасти Лину. Разум оставался холоден и сосредоточен, как бывало во время сражений на войне. Тогда я не паниковал, не волновался, а просто делал всё, что мог. Но ощущение тревоги не покидало меня, и теперь мне казалось, что я чувствую Лину, чувствую, как размеренно бьётся её сердце. Но я счёл это ощущение игрой не совсем здорового разума.
Догнав вертолёт, я стал быстро снижаться. Десять метров, пять, два, один… я вцепился машине в хвост, нос вертолёта задрался вверх из-за удара. Не заметили до самого конца, повезло. Я зажал нож в зубах и осторожно переместился к бензобаку, держась не только руками, но и хвостом. Вскрыв бензобак точным ударом, я плюнул внутрь огнём и быстро отпрыгнул. Машина загорелась и начала падать на дорогу. Пара бронированных грузовиков и машины сопровождения резко остановились. Вертолёт рухнул на дорожное полотно. Люди выбегали из машин и вскидывали оружие, целясь в меня. Я кружил сверху, подсчитывая их количество. Получалось многовато. Вдруг они начали падать на землю, хватаясь за головы. Я, совсем недавно страдавший от головной боли, невольно им посочувствовал. А потом на дорогу выбежало несколько призрачных, почти незаметных для человеческого глаза силуэтов. Гончие кусали людей, и те теряли сознание. Я быстро снизился и приземлился на дорогу. К счастью, трасса была почти пуста. Значит, простые люди не видели, что произошло.
Я двинулся к грузовикам, по пути вырубая беззащитных людей. Гончие — менталисты, но не псионики. Значит, массовая головная боль этих несчастных — работа их координатора. Следовательно, ему уже всё известно. К слову, я сам чувствовал слабое давление на виски, но не более того.
Когда все спецназовцы были отключены, гончие отправились обрабатывать водителей пары подъехавших к тому времени гражданских машин, а я двинулся к грузовикам. Одна из гончих с помощью телепатического воздействия заставила водителей открыть машины. Из грузовиков, потирая головы, начали выбираться товарищи Лины. Они оглядывались, ничего не понимая. Но самой полукровки я не видел. Какая-то женщина в чёрных брюках, чёрной кофте и разорванном кофейном пиджаке подошла ко мне и посмотрела снизу вверх. Глаза у неё были зелёными, более яркими, чем у большинства людей.
— Ты — Сайринат? — спросила она.
— Да.
— Я Алиса, подруга Ангелины. Спасибо, что спас нас. Она здесь, в этой машине, — черноволосая женщина указала на дальний грузовик.
Я подошёл к указанному автомобилю и, отстранив оправляющихся от псионного воздействия людей, запрыгнул внутрь. Лина действительно была здесь, лежала на полу без сознания. Я взял её на руки и вылез из машины.
Тем временем Риан организовал людей и повёл их в сторону лесополосы. Алиса, идущая на каблуках, постоянно спотыкалась.
— Если появится ещё один вертолёт, ты сможешь его сбить? — спросил Риан.
— Насчёт «сбить» не уверен, но задержать смогу, — ответил я.
Сзади взорвался вертолёт. И тогда я услышал, что летит ещё один.
— Кто может её понести? — спросил я.
— Я могу, — ко мне подошёл высокий и худой шатен лет двадцати пяти.
