Фактически, здесь женились в пределах одной столицы. Не было такой необходимости, чтобы объединяться с другими городами в союзы политические с помощью брачных, зато оставалось желание сохранить капиталы и статус внутри семьи. И потому первым делом женихов и невест подбирали из ближайшего окружения - для рода Канилоссов оно было ограничено десятью родами. Эфре и Олье не подобрали пока. «Они еще не родились», как недовольно как-то заметила всегда раздраженная Сонар, - «И лучше бы им не рождаться, чтобы жениться на этих дурах… Придется как Симеону…»
Что там пришлось Симеону, среднему сыну дарелл-пара, я тогда узнать не успела - дари Мати начала шипеть и ругаться на несдержанность Сонар, и та замолчала и занялась своим рукоделием.
Я также занялась своими обязанностями по развлечению Камиль, избавляясь активной игрой от ощущения, что нахожусь внутри декораций исторического фильма. Все эти интриги, традиции и хитросплетения воспринимались мной зачастую отстраненно, как наблюдателем, но допускать этого было нельзя.
Чем быстрее в мою кровь проникнет дух этого времени и места, тем легче мне будет найти себя в этом мире. Который вовсе не был ограничен башней… И мне безумно хотелось увидеть, что же находится за ее пределами.
Как ни странно, случай предоставился довольно скоро.
Я повторяла знакомо-незнакомые слова, в новом для меня контексте, пропитываясь ими как губка пропитывается водой.
Религия этого мира. Боги этих душ, которые никогда не позволили бы добраться до своей Обители, но давали возможность хотя бы приблизиться, жить среди их тел и возможностей, закодированных в каменных стенах. Потому что храмом местному пантеону служили башни-города. Каждая башня - «Дом основания небес и земли», космическая ось, соединяющая подземное, тонущее в темном прошлом и светлое, чистое, пока не ясное будущее. «Верх» и «низ» с абсолютным и строго топографическим значением. То самое небо, с которого скинули мир Тарпаслоу и земля, в которую он превратился. От простого к сложному, от темного к светлому, от низменного к великому: кладбище и пытки в подвале - и божественный огонь на вершине.
Общность, способная воспитать, защитить и уничтожить. И из которой не было хода прочь - только в другую общность, иначе… Вот с «иначе» пока было совсем не густо - я не понимала и не могла спросить.
Ведь не могла я забыть основы мира, не так ли?
Семнадцать богов имели определенные сферы деятельности, но им не поклонялись; они были частью каждой из башен, порой забытой - осознанно и бессознательно. Башни принадлежали влиятельным семействам, чье могущество оценивалось по высоте строения и способности мобилизовать своих родных, друзей и слуг при нападении — на город или на род - аккумулировать все силы в башне, выдержать многомесячную осаду, пережить голод… И зажечь на верхней открытой площадке, которая была раньше лишь золотым алтарем, превратившись затем в зал для торжеств, костры.
«
И две почти равноценные башни могущественной семьи Канилосс, соединенные между собой несколькими переходами, были единственные в своем роде в Араклете.
Потому что эта семья была во всех смыслах «на вершине»… или здесь обратная связь?
Каждый из семнадцати ярусов строился согласно строгим канонам - как в многослойном торте у каждого коржа мог быть свой рецепт, начинка и пропитка. Внизу не должно было быть окон, а стены окрашены в черный цвет. Где-то предполагалось определенное количество помещений, в других местах располагали комнаты с определенными функциями. Пусть несколько странная, но логика во всем этом была - окружающие во всяком случае если рассуждали о подобном, так с полной уверенностью, что это абсолютно нормально. Но соединялись между собой слои без должного плана, как по мне, потому-то внутренние помещения и переходы казались мне таким нагромождением и хаосом.
И о том, что библиотека находилась на ярусе «скрытой истины» я узнала от рабочих, чинивших начавшуюся разрушаться стенку.
