Чтобы стать во главе огромной финансовой империи, Ричарду Сеймуру надо жениться на одной из пяти дочерей скончавшегося владельца этой империи Лоренса Дюрана.Выбор его оказывается более чем странным. Избранницей Ричарда становится младшая из сестер, не самая красивая и всеми не любимая Ли Дюран.
Самолет легко коснулся земли. Ли Дюран разжала стиснутые в кулаки пальцы и открыла глаза. Итак, она возвращается в Сидней.
В иллюминатор было видно, что идет дождь. Прогноз погоды оказался точным. Бухта Ботани-Бей терялась во влажной мгле.
Стояла темная, ненастная ночь…
Ее любимый мультяшный герой Снупи всегда начинал свои рассказы с этих зловещих строк, печатая их в своей будке. Ли размышляла о том, означает ли возвращение домой начало нового периода в ее жизни, или оно станет окончательным завершением того, который начался в день ее рождения двадцать четыре года назад.
Впервые с тех пор, как средства массовой информации сообщили о смерти Лоренса Дюрана от сердечного приступа, у Ли возникла робкая надежда на то, что ее долгая одинокая ссылка закончилась. Именно надежда, а не уверенность, потому что быть уверенным в чем-то, что касалось ее семьи, невозможно. Пока она знала наверняка только одно: человек, так безжалостно управлявший их жизнями, мертв – и хотела увидеть его погребенным. Погребенным без отпущения грехов и надежды на искупление. А после этого…
Она постарается наладить отношения с матерью и сестрами, если они захотят, конечно. Ведь прошло шесть лет с тех пор, как она ушла из их жизни… Шесть долгих лет с тех пор, как она убежала из ада, узнав, что этому миру она никогда и не принадлежала. По крайней мере, пока был жив Лоренс Дюран. Скорее всего, никто из них не обрадуется ее возвращению, и пустота в ее жизни так никогда и не заполнится.
Все существо Ли инстинктивно противилось такой мрачной перспективе. Ведь должен же быть у нее хоть один шанс. Лоренса больше нет, и он не может оказывать влияние на нее… на дочь, которая никогда не была его дочерью. Он не хотел видеть кукушонка в своем гнезде. Но теперь мать и сестры освободились от его гнета. И если в этом мире есть хоть какая-то справедливость, Ли обязательно воссоединится с ними.
Самолет остановился. Ли отстегнула ремень безопасности и вместе с другими пассажирами поднялась, чтобы достать ручной багаж. Чтобы расслабить сведенные мышцы, она слегка потянулась, стоя в очереди в ожидании выхода из самолета. Путешествие было долгим: вчерашний перелет из Брума в Перт, где Ли купила новую одежду, и сегодняшний из Перта в Сидней – практически через весь Австралийский континент. И теперь ей не терпелось выйти из самолета и ступить на твердую землю.
Пассажиры медленно двигались к выходу по проходу между креслами. Ли уже поравнялась с местами первого класса, когда ее взгляд упал на оставленную кем-то газету. Не в силах оторвать глаз от лица на газетном снимке, она почувствовала, как мучительно сжалось ее сердце.
Ричард… Ричард Сеймур.
И прежде, чем она осознала, что делает, газета оказалась у Ли в руках. Она пристально вглядывалась в теперешний облик мужчины, который всю жизнь преследовал ее в девичьих мечтах.
– Проходите там! – нетерпеливо крикнули из очереди.
– Вы всех задерживаете, мисс, – более вежливо произнес человек позади нее.
– Извините, – пробормотала Ли.
Лицо ее горело, когда она торопливо шагнула вперед, сжимая в руках злополучную газету. Газета жгла ей руки, и Ли поклялась выбросить ее в первую же мусорную корзину в здании аэровокзала.
Ричард Сеймур…
Она читала о нем в различных газетных и журнальных публикациях, связанных со смертью Лоренса Дюрана. Именно Ричард управлял теперь огромной финансовой империей, неизменно устойчивой к любым колебаниям на фондовой бирже. Именно Ричарда великий магнат готовил в свои преемники. Но ни в одной из статей не было фотографии.
И вот теперь лицо Ричарда Сеймура вызвало в душе Ли бурю самых противоречивых чувств. Дурочка, мысленно обругала она себя. Несомненно одно: если этой поездке суждено стать началом ее новой жизни, Ричарду Сеймуру в ней места нет. Впрочем, у него больше не было причин тесно общаться с семьей Дюран. Теперь у него есть то, что он хотел, – высокое положение, не подотчетное никому, разве что небольшой группке акционеров.
В зале аэровокзала Ли решительно подошла к мусорной корзинке и избавилась от газеты с фотографией человека, который не заслуживал того, чтобы она думала о нем. Конечно, завтра они увидятся на похоронах. Ричард Сеймур едва ли пропустит это мероприятие. Но никто не сможет заставить Ли общаться с ним. Никто и никогда. Потому что Лоренс Дюран мертв.
Когда она вышла из здания аэровокзала, дождь все продолжал идти. К счастью, очереди на такси не было, а свободных машин оказалось много. Ли быстро подошла к одной из них, села на заднее сиденье, поставив рядом сумку, захлопнула дверцу и назвала водителю адрес отеля. Машина влилась в поток движущегося транспорта, и Ли попыталась расслабиться.
Тщетно. Она с грустью смотрела на залитые дождем улицы, на отражение огней в лужах, на капли дождя, стекавшие по стеклу. Как там у Снупи? Стояла темная, ненастная ночь… Что это? Предзнаменование?
Может, стоило остаться в Бруме и заставить себя забыть прошлое? Не безумие ли – ее решение приехать?
