Он произнес это с вопросительной интонацией, но, увидев, что я мотнула головой, встал и, зевая, сказал:
— Так тому и быть. Хотя стыдно не воспользоваться отсутствием нашей мамочки-хозяйки.
— Керк не имеет к этому никакого отношения, — сердито возразила я. — Я презираю этого человека.
— В самом деле? — с сомнением спросил Дэн. — Рокси, не забывай, что я на тебе скоро женюсь.
— Дэн, давай не будем об этом сейчас, хорошо?
— Я просто напомнил тебе. — Он взял из фруктовой вазы плод и бросил его мне. — Попробуй. Может, его сладость сделает тебя покладистей. — И вышел из комнаты.
Я попыталась читать, но вынуждена была оставить это занятие, поскольку не могла погрузиться в мир, такой же далекий от меня, как Малайя от Луны. Было интересно, удалось ли это Керку — книга выглядела потрепанной. Еще мне было интересно, почему просьбы Дэна в этот раз казались мне такими отталкивающими. Ведь в них не было ничего противоестественного. Мы были однажды женаты и, вне всякого сомнения, поженимся снова.
Может, оттого что Керк подумал… В который раз мои мысли вернулись к Керку!
— Забудь о нем! — воскликнула я вслух и швырнула книгу через комнату только потому, что она была его. — Вполне возможно, что в эту самую минуту он путается с какой-то шлюхой! — И я проделала с плодом то же самое, что и с книгой.
Через секунду, устыдившись самой себя, я поднялась и направилась поднять и то, и другое. И чуть не столкнулась с Эдом Норджем, тихо вошедшим со стороны столовой. Он явно напрягся, увидев меня.
— Еще не спишь, Рокси?
— Удивил, удивил! — Мне безумно хотелось быть жестокой. — Быстро же ты справился, Эд.
— Ничего там не было, — запротестовал он. — Мы просто разговаривали.
По его виду я поняла, что причинила ему боль. И мне снова стало стыдно.
— Извини. Спиши это на счет моего маленького грязного умишка. Я не имела в виду того, что сказала. — В знак примирения я протянула ему фрукт. — Уверена, что Сити так же прелестна в общении, как прелестна ее внешность.
У меня мелькнула мысль сказать ему о подозрениях Керка, но я промолчала. Нордж тем временем сел в кресло и с отрешенным видом принялся очищать плод от кожуры.
— Я был бы не против, но Сити… Если у нее другой цвет кожи, это вовсе не означает, что она проститутка! В действительности, — добавил он робко, — она прекрасна. Такой живой ум редко встретишь. Тебя бы удивило, как быстро она все схватывает.
По отношению к Норджу я чувствовала себя безмерно старше, мудрее и даже испытывала к нему нечто материнское. Я решила оставить при себе то, что знала о Сити, так как говорить об этом не имело смысла. И все же подтолкнуть мысли Норджа в нужном направлении я сочла необходимым.
— Разве я отрицаю, что она человек? Разумеется, она человек, к тому же симпатичный, тем не менее я готова поспорить, что не так уж она несчастлива…
— Несчастлива, могу это подтвердить.
— Ладно. А кто сегодня вообще счастлив? Просто я не хочу, Эд, чтобы после того, что случилось дома, ты попал бы в еще более затруднительное положение.
Я тут же поняла, что сболтнула лишнее. Мне и в голову не приходило, что Норджу не была известна истинная причина его включения в нашу съемочную группу, но, судя по выражению его лица, так и выходило.
— Что ты имеешь в виду?
Я зашла слишком далеко, чтобы попытаться увильнуть, и была вынуждена объяснить ему все, как объяснил мне Дэн. Когда я закончила, лицо Норджа было красным.
— Выродки! — хрипло выдохнул он. — Так вот оно в чем дело! Решили избавиться от меня, чтобы я не выставил их в дурном свете. — Он сдавил пальцами белую мякоть плода, и сок брызнул на ковер. — Если они думают, что могут заткнуть мне рот или заставить не делать то, что я считаю правильным… — Он посмотрел на раздавленный плод как бы с удивлением. — Спасибо, что сказала, Рокси. Хорошо, когда знаешь истинное положение вещей.
Я устало поднялась.
— Как всегда, влезла не в свое дело. Ну да ладно. Будь осторожен, Эд.
Он лишь грустно кивнул, и я вышла из комнаты. Сомневаюсь, что мой доброжелательный совет что-то значил, он редко принимал их. Если в Сити его привлекает только секс, Нордж, возможно, прислушается к нему, но я видела, что эта малайка быстро приобрела для него очертания символа, так же, как и Керк, но с обратным знаком. Все это сулило неприятности, будто их и так не хватало! У меня мелькнула мысль, а была ли эмансипация такой уж хорошей идеей?..
Спала я плохо. В гостиной время от времени звонил телефон, где-то в отдалении скорбно ухала сова. Много раз в своей жизни на ферме я спокойно спала при сходных шумовых эффектах, но в эту ночь я напряженно вслушивалась, ожидая других звуков. Но выстрелы так и не прозвучали…
Незадолго до рассвета я забылась сном и не слышала, как ранним утром возвратился Керк. Первым подтверждением этому был его жесткий голос, доносившийся со стороны веранды. Он явно с кем-то спорил. Я быстренько оделась и вышла посмотреть на происходящее, почти уверенная, что возмутитель спокойствия — Нордж.
