Я вновь на цыпочках стала приближаться к мужчине. Он спокойно и мерно дышал, что говорило о том, что Игорь спит. Наклонилась поближе проверить стадию сна. Что-то горячее скользнуло мне на бедро и резко дергануло. Равновесие было мной потеряно, и я распласталась по груди Игоря.
И когда только повернуться успел?
Чья-то история болезни погибла смертью храбрых, смятая и погребённая под нашими телами.
- Доброе утро, - постаралась как можно беззаботнее улыбнуться я, глядя в его тёмные глаза.
Странно, я всегда считала их карими, а они непонятного болотного цвета с золотыми искорками.
- Оно было добрым до твоего прихода, Порш, - строго смотря на меня, проговорил Громов. – Ты что-то хотела? Разыграть? Разбудить? Изнасиловать, воспользовавшись моментом?
- Тебе жалко что ли своего тела? И ты ведь тоже получишь удовольствие? – наигранно обиделась я.
Громов тяжело вздохнул, его рука очертила изгибы моего тела от бёдер до лопаток, а потом он зарылся в свои волосы цвета тёмного шоколада. Мне тоже захотелось запустить свои ручки в его шевелюру, ощутить их гладкость и мягкость, помассировать его затылок, убрав напряжение из его глаз. Кончики пальцев изрядно зачесались, а на обожженной руке вдвойне, видимо начался восстановительный процесс кожи.
- Мля, Ника, не смотри на меня так. Я всё же не железный, - проворчал Игорь, пытаясь подняться.
Ага, счаззз! Сам меня на себя уронил, я слазить не собираюсь, тем белее первый раз за всю смену прилегла.
- Как? – невинно похлопала я глазками, цепляясь в плечи Громова, напоминая клеща.
- Вот так, как ты сейчас смотришь, иначе я закрою дверь и принудительно позволю тебе насилие над своим телом.
Я елейно улыбнулась. За последние пять лет общения с Игорем я многие его повадки хорошо изучила и отлично понимала, что он сейчас шутит, и на романтический лад не настроен. Хотя кто бы был настроен после тяжелой смены, какие очень часто выпадают ему.
- Так зачем ты пришла?
Я позволила Игорю ссадить меня со своего тела и подняться. Сама же осталась сидеть, и взяв изрядно измятую историю болезни попыталась её реанимировать.
- Хотела поговорить о том мальчике, которого перевели в палату интенсивной терапии.
Громов напрягся и пристально посмотрел на меня.
- С ним что-то случилось? Почему меня не позвали сразу же? – он даже на выход ломанулся.
- Всё с ним хорошо. Недавно подключили все нужные аппараты. Он, конечно, расстроился, что ему теперь нельзя вставать, но я пообещала, что в мою смену, он сможет любоваться на звёздное небо.
Игорь выдохнул и, подойдя ко мне, сел на диван.
- Он совсем недавно тяжело переболел. Инфекция дала осложнение на сердце. И пока он слишком слаб для пересадки, поэтому мы отложили операцию до лета, - ввёл меня в курс дела Игорь. – Если у меня не будет операций, то он будет под моим присмотром встречать звёзды, твоей же квалификации для это не хватает Ника, - он серьёзно посмотрел мне в глаза.
- Я могу брать с собой Петю, его же знаний хватит?
- Его хватит, но я бы предпочёл, чтобы без меня Данила от аппаратов не отключали.
В груди что-то странно ёкнуло.
- Кого?
- Пиздец, - выругался Громов. – Ника, просто занимайся своей работой. А мальчика оставь в покое. Хорошо?
- Как его зовут, Игорь? – злость разливалась по венам жгучей патокой. – Ты от меня его скрывал? Поэтому я не нашла ни истории болезни, не даже каких либо выписок о нём в журнале?
Мы стояли друг напротив друга, я прожигала его взглядом, Игорь продумывал ходы отступления. У меня даже создалось ощущение, будто я ощущаю его мыслительный процесс.
Он сдался первым. Зарылся пятерней в гриву своих волос, вновь заставляя меня немного отвлечься на неё. Вновь выругался, ворча, что меня нужно было отправить в гинекологию, чтобы не скрывать ребёнка. А я тупо пялилась на него с открытым ртом.
- Его зовут Данил Смирнов, у него пролапс митрального клапана, первый вариант был поставить ему ригидное кольцо, но состояние мальчика ухудшилось и сейчас речь только о пересадке сердца. После твоей истерики, я решил, что в детском отделении тебе будет намного лучше, смертность там почти нулевая. Твоё психическое состояние после похищения Кристины оставляло желать лучшего. Я постарался учесть всё и перестраховаться…
- Ты решил, что я могу… - я запнулась, не веря, в то, что сейчас говорит Игорь. – Только из-за имени? – я недоверчиво покачала головой. – Громов, да они как небо и земля, разные. Я могу видеть схожие черты в похожих людях, как это было с тем парнем, с аппендицитом. Но увидеть психа в маленьком ребёнке? Ты меня, кажется, за ненормальную держишь.
Ощутила солоноватый привкус на губах. Сама не заметила, как потекли слёзы. Да что это такое? Я почти двадцать лет не ревела, а теперь как плакса какая-то!
- Нет, Ника. Я не о том…
- А о чём, Громов? Что ещё можно подумать?
