Тяжёлое чувство тревоги испытывал драгонщик, возвращаясь назад в орден. Нападение на Логово, внезапное и коварное, именно в тот момент, когда изганы все свои силы сосредоточили на маленьком островке на окраине Большого озера. Это не могло произойти случайно. Что-то надвигается, чароведа права.
Как ни спешил Грёз со своими верными драгонщиками вернуться к переходу, он безнадёжно опоздал. В хижине на берегу его ждала несчастная Палария и несколько растерянных чар.
Грёз сразу набросился на старую женщину:
– Что тут произошло? Где ты взяла чаронит?
Та подняла на него невидящие глаза.
– Я очнулась, а он лежал у меня в руке. Наверное, это Алейн оставила мне его.
– С чего ты взяла, что это была моя дочь?
– Только она была на моей стороне и ухаживала за садом камней. Думаю, она была против того, чтобы лишить меня чаронита.
– Расскажи мне всё, что знаешь. Быстро. Кто это был? Чего они хотели?
Палария в нескольких словах рассказала, что произошло. Грёз схватился за голову. Всё рушилось на глазах!
– Почему именно сейчас? – простонал он. – Завтра решающий день! Они как будто подслушали все наши планы.
Палария попыталась его успокоить. Вместе с чаронитом к ней вернулось и чувство собственного достоинства.
– Сейчас нужно думать, как вывести людей из Убежища. Дело в том, что все наши страхи сбылись. Теперь не осталось источника тепла и света, и наш дом непригоден для жизни. Ты, как глава ордена, должен побеспокоиться о том, чтобы вывести всех людей и найти им временное пристанище.
– Но у них Алейн! – воскликнул Грёз. – Я должен найти её.
– Да, обязательно! Но есть и другие дети, которые нуждаются в помощи. А трилистницы не тронут девочку, Грёз. Им нужен Лучезар. Они были добры к ней. Подумай о тех, кто сейчас без защиты.
– Живые Сады нужно уничтожить.
– Возможно, но одни мы не справимся, – не сдавалась Палария. Она говорила медленно, уверенно, пытаясь охладить пыл командира драгонщиков. – Завтра Совет Семи, там ты найдёшь поддержку. В это верила чара Ферра.
– Её больше нет.
– Но остались мы, – возразила женщина. – Нам не под силу справиться с Трилистником в одиночку.
– С чего ты взяла? – разозлился Грёз. – Это всего лишь остров. Один остров, один орден. Женщины.
– Ты ошибаешься, – горько сказала Палария. – Я получила послание и много чего узнала о Живых Садах. Раньше ты не хотел слушать меня. Но теперь ты выслушаешь. Потому что речь идёт о нашей жизни и смерти. Твоя обязанность – защитить людей. Защитить Объединённый орден. И ты выслушаешь меня, чего бы мне это ни стоило.
Палария горячо заговорила, торопясь рассказать всё, что ей стало известно от Эльды. Про силу, которая скрывается в Трилистнике, про их разрушительные планы, про готовящееся нападение на острова.
Выслушав её, Грёз повернулся и изо всех сил ударил кулаком в деревянную стену. Пыль посыпалась с балок, а на костяшках пальцев остались кровавые следы. Мужчина застонал.
– Не время злиться на самого себя. – Палария успокаивающе положила руку на его плечо. Грёз её сбросил. – Пришло время принимать взрослые решения за всех нас, как делали твои предшественники. Завтра – решающий день.
– Если из-за тебя хоть волос упадёт с головы моей дочери, – почти зарычал Грёз, – ты пожалеешь об этом. Ты будешь первая, кто пожалеет.
Выговорив эти слова, Грёз заплакал.
И он уже не мог сбросить успокаивающих объятий старой женщины. У него просто не было на это сил.
– Всё решится завтра, – повторяла Палария, гладя его по голове, будто маленького. – А пока тебе надо вывести всех людей из Убежища, чтобы спрятать их на территории Лигардии. Нас слишком мало осталось для того, чтобы рисковать хотя бы одной жизнью. Сначала – орден, потом – личные интересы. У твоей дочери есть друзья, Грёз. Они не дадут её в обиду.
Палария была права.
Рядом с Алейн находилась Эльда, и она была полна решимости защитить девочку. Под присмотром трилистниц они совершили ночное путешествие на водоходе, пару раз над ними пролетали патрули драгонщиков. Но чары из Зелёного ордена уже переоделись в свою обычную одежду и радостно махали всадникам с палубы:
«Всё хорошо!»
А те сигналили в ответ:
«Доброй ночи!»
Алейн к тому моменту уже крепко спала. Водоход подходил всё ближе и ближе к Живым Садам, чара Гаруна снова взяла под контроль все действия Эльды. Та старалась ни о чём не думать, занимая свои мысли подсчётом разных предметов. Например, сейчас она считала звёзды. Отличный способ вытеснить из головы опасные мысли – арифметика.
Иногда она повторяла про себя легенду о четвёртой искре. Ту, что узнала в Небесной башне чароведы в день, когда Чарователь сделал своё предсказание*. Единственное, о чём жалела Эльда, так это о том, что легенда слишком коротка. Приходилось повторять её вновь и вновь, лишь бы не дать Гаруне подслушивать мысли.
Водоход причалил не к главной пристани, а к запасной, от которой тайная дорожка вела в самый центр острова, к замку Исток. С высоты полёта драгончей его было невозможно заметить, потому что он выглядел словно плотная шапка сомкнувшихся крон деревьев.
