И начался переход… Филипп отключил все мысли и эмоции, сосредоточившись на главном. Он вспоминал все, чему когда-то научился от отца. Не упустил он и тот момент, если кто-то потеряет твердую опору, и болото начнет его засасывать… Но все обошлось. На короткий переход они потратили уйму времени, но все вышли на сухую поверхность без ущерба для здоровья.
– А ты молоток! – приблизился к Филиппу Антип и шарахнул по плечу с такой силой, что едва не завалил на землю. – Можешь!!
Тщеславие Филиппа не заставило себя ждать, когда и остальные начали смотреть на него с большим уважением, нежели раньше. Он искренне радовался, что смог оказаться полезным в этом походе.
День клонился к вечеру. Солнце того и гляди должно было спрятаться за горизонт. Устал не только Филипп, но и волки с медведем.
– А вот и скит, – остановился Антип.
А перед ними вырос высоченный бетонный забор с массивными металлическими воротами, украшенными металлической пластиной и молотом.
– Скит? – удивился Филипп. – Так ты из староверов?
– Именно! – вздохнул Антип. – И эта вера мне всегда поперек горла стояла. А уж наши обычаи и подавно.
– Какая разница, откуда он родом? – раздраженно проговорил Геракл. – Лучше скажи, как мы через этот забор перемахнем? Такое даже мне не под силу.
Девушки затаились, прислушиваясь к разговорам медведей. Те поначалу ярились и собирались брать сарай штурмом. Однако хмель сделал свое дело – расслабил. Оборотни захотели спать.
– С острова им никуда не деться, – наконец решил Кирилл, – пусть там сидят, как в норе. Утром выйдут. А мы пока поспим тут, чтобы не сбежали!
Рыбаки согласились с “городским пижоном”, все дружно сменили ипостась, и вот уже семь медведей разлеглись на истоптанной траве.
Уколотый релаксантом перекинуться не мог, поэтому девушки замотали его в сети, повздыхали и тоже легли спать – утро вечера мудренее!
Утро случилось поздним. Очнувшийся оборотень с утра уполз из сарая, оставив после себя неприличное мокрое пятно. Остальные, проснувшись, поплелись к реке – утолять жажду. Девушки проснулись, воспользовались теми удобствами, которые им предоставили с вечера, но выходить из сарая не спешили.
Медведи сначала долго пили холодную речную воду, потом купались, затем перекинулись и пошли хлебать заваренную с вечера уху. Когда ведро показало дно, гости и хозяева наконец вспомнили про пленниц. При свете дня к сараю отправили уцелевшего “пижона”.
Кирилл оставил на пороге горячий чай, хлеб и копченую рыбу и сообщил, что этот день все остаются на острове.
– Ладно, барышни, вчера порезвились, сегодня коготки при себе держите. А то обломаем. Нам эту сараюшку в медвежьем облике развалить – раз плюнуть!
Агата встревоженно посмотрела на Валерию, и та с огорчением подтвердила все кивком.
– Мы не будем шуметь, если к нам не будут приставать, – ответила Агата, стараясь держать ровный тон. – И спасибо за еду. Нам бы еще помыться…
– Понял, – хмыкнул Кирилл, – сейчас баню подтоплю, и можете идти!
Через часок пленниц позвали мыться. С оглядкой и предосторожностями девушки вышли из сарая, и двинулись в баню. Умом они конечно понимали, что если медведи навалятся на них все вместе – отбиться не будет шансов и у здорового мужика. Но шли осторожно и мылись по очереди. Заодно и одежду постирали. Пока все сохло на ветерке, завернулись в потертые полотенца и расчесывали волосы.
Медведи топали поблизости, заглядывали за угол баньки, но не приближались – Агата демонстративно положила на лавку заряженный шприц, а Валерия – обломок весла.
К вечеру оборотни очухались, наварили очередное ведро ухи, и позвали девушек к огню.
– Без выпивки! – безапелляционно сказала Валерия.
– Без нее, – дернул щекой парнишка-парламентер. – Горячего похлебаем, да и все. Часа через два Тимоха вас дальше повезет!
Девушки переглянулись, и дружно вздохнули. Похоже, спасатели где-то задержались. Как бы не пришлось вдвоем от всего клана отбиваться!
* * *
– Лезть через забор не придется, – почесал за ухом Антип, разглядывая родной дом. – Дождемся ночи и воспользуемся лазом.
– Что еще за лаз? – посмотрел на него Егор.
– Для медвежат, – усмехнулся Антип. – Мы еще когда пацанами были, сделали его, чтобы за малиной удирать незаметно. Ну и до сих пор этот лаз не обнаружили, да и мальчишки, племянники хорошо этот лаз маскируют. Я уже не пролезу, а вы – легко.
– Мы?.. – уточнил Егор.
– Меня родня сразу почует, как ушел и отшельником стал, для них как умер! – невесело усмехнулся Антип.
Егор сочувственно хмыкнул. Неприятно, когда близкие отворачиваются, а уж если совсем…
– Давайте, устроимся поудобнее, чтоб дождаться ночи. Да можно, пожалуй, и вздремнуть, – предложил Альфа.
– Погодите, – раздался голос нюхача.
– Что? Ты что-то почувствовал? – спросил Геракл.
Нюхач не отвечал, а усиленно к чему-то принюхивался.
– Здесь живет одна большая семья? – посмотрел он на Антипа.
