Воевавшие стороны тем временем вернулись за стол переговоров в Лондоне. Правда, всем участникам конференции пришлось ждать, когда до Лондона доберется представитель новой стамбульской хунты. Все произошедшие с момента срыва переговоров события явно подсказывало болгарам и сербам держаться вместе несмотря на старые обиды. Но не все было так просто. Великие державы снова попытались подвинуть будущие границы в Албании, но от последнего уже обсужденного варианта сербы, пользуясь поддержкой России, отклоняться не пожелали. А вот получить дополнительную контрибуцию с османов, чтоб тем было неповадно устраивать военные перевороты во время перемирия, очень желал весь Балканский союз. Да и Париж, Лондон и Петербург тоже склонялись к такому варианту. Получилось противостояние. «За» это дело — Британия, Франция и Россия со всем Балканский союзом. Итальянцы отошли в сторону, «против» — понятно кто. Но платить османам все равно пришлось. Ну, не проходят такие вещи без последствий! Британцы даже предложили османам кредит для выплаты балканцам. Правда, под залог спорных территорий на Аравийском полуострове. Ну, что с британцев взять? Они просто такие, какие есть — сугубо меркантильные. Своего никогда не упустят и все меряют на прибыль и убытки. А предложением кредита со своей стороны они в конечном итоге заставили платить немцев за ихнюю же немецкую авантюру.
Новая болгаро-турецкая граница теперь проходила в 20 верстах юго-восточнее Мидии, потом через Чорлу, затем выходила на берег Мраморного моря. Далее было 20 верст болгарского берега Мраморного моря у Родосто(по 10 с каждой стороны), а затем опять начинался турецкий берег, а сухопутная граница шла на Энез. То есть в Европе у осман в районе Проливов теперь осталось два отдельных куска территории, каждый из которых прикрывал подходы к своему проливу, а не один единый.
Тесть Михаила II хоть и взял Шкодер измором, но город по однозначному настоянию Вены, Рима и Берлина Черногории все равно не достался. Правда, за взятый город и занятые по совету из Петербурга участки албанских земель Николе Черногорскому достались территориальные компенсации в другом месте и плюс, это важно, компенсация от Австро-Венгрии в виде дюжины верст морского побережья, ранее бывшего австрийским. Но эти компенсации не смогли скрасить его глубокое разочарование. Никола большую часть своих военных потерь понес именно под стенами Шкодера, он взял крепость осадой, но, увы, Великие державы так и не дали городом даже попользоваться.
Греки в марте тоже взяли сильную османскую крепость Янина. Они как и сербы рассчитывали прирезать немалый кусок албанских земель. Земель этих им в Лондоне обещали прирезать, но потом и в несколько раз меньше, чем хотелось грекам. Большего им не позволили Великие державы. Границы Албании пока так и оставались непонятными. Их должны были определить Великие державы несколько позже. А потому сербы и греки свои границы с албанцами еще не знали и толковали их весьма вольно.
Лондонская конференция к началу мая 1913 года, похоже, надоела уже всем, даже ее организатору — лорду Грею. Поэтому 7 мая он заявил, что все участники Балканской войны, кто не подпишет мирный договор, может уезжать из Лондона домой. И пусть сам дальше что хочет, то и делает. Эта угроза заставила таки всех участников войны подписать мирный договор. Но странам Балканского союза предстояло самим поделить отвоеванную у Оттоманской империи территории. По сути это была явная провокация от Великих, и в первую очередь от Британии при негласной поддержке Германии и Австро-Венгрии. При том уровне противоречий между союзниками, что имелся, и том национализме, что сейчас активно раздувался в каждой из стран Балканского союза, поделить добытое без ссор и обид было сродни подвигу. А, значит, России предстоял еще один суровый этап борьбы за то, чтобы союзники при этом не переругались вдрызг вплоть до начала военных действий уже между собой.
Но этим дело не ограничивалось. Великим державам предстояло определить точные границы Албании и решить, что делать с островами в Эгейском море. Россия не слишком хотела, чтобы близкие к Дарданеллам острова достались грекам. В данной ситуации лучше, если бы они остались османскими. Но островная проблема этим не заканчивалась. По договору между Италией и Оттоманской Империей итальянцы должны были вернуть османам захваченные ими Додеканесские острова и остров Родос в частности. Но ссылаясь на то, что эти острова могут перейти к грекам, итальянцы наотрез отказались освобождать их от своего присутствия. А Франция категорически настаивала на уходе итальянцев с этих островов, поскольку видела в Греции противовес Италии в восточном Средиземноморье. Итальянцы же в свою очередь всячески старались урезать притязания Греции в Албании.
