Когда трое сербов вошли, Петр Аркадьевич Столыпин и полковник Гаршин, ставший недавно одним из заместителей начальника ГРУ, поднялись из-за стола, поклонились первому и самому молодому из сербов и за руку поздоровались с двумя другими. Вообще такие чины как Министр Внутренних дел России и как заместитель начальника ГРУ редко покидают свои страны, но сейчас ситуация обязывала. Этим двоим сегодня предстояло сделать очень трудную работу. Нужно было совершить почти невозможное на первый взгляд. А встречались они сегодня на чужой территории с наследником короля Сербии Александром, премьер-министром Николой Пашичем и начальником разведывательного отдела Генерального штаба Сербии, основателем и лидером тайного общества «Чёрная рука» Драгутином Димитриевичем по кличке «Апис».
— Ваше высочество, господа! Мне сегодня предстоит непростая задача, — перешел к делу Столыпин, когда все расселись за столом, — Я вообще не дипломат, но по роду деятельности мне часто приходилось иметь дело со всякими революционерами, масонами, националистами всех мастей и прочими борцами за народное счастье. Поэтому я буду говорить как есть. Россию крайне тревожит то, что сейчас происходит в Сербии. Национализм, активно раздуваемый изнутри и извне страны грозит обрушить все достижения Балканской войны для ее народов. Каждый из вас троих, поощряя якобы патриотизм, уже немало сделал для того, чтобы стравить сербский и болгарский народы дабы, как вам кажется, получить достойную народу Сербии в оплату за пролитую на войне кровь. Особо усердствует в этом возглавляемая вами, полковник, масонская террористическая организация «Черная рука». Его высочество в нее входит, а господин Премьер-министр вынужден или даже рад выполнять ее требования.
Петр Аркадьевич переждал возражения и уверения с сербской стороны, что ничего такого нет и в помине, а потом продолжил.
— Мне, господа, абсолютно все равно как лично вы квалифицируете данную организацию. Нас, то есть Россию, абсолютно не устраивает ее существование и деятельность. И не устраивает поднятый вами на флаг крайний национализм. Россия не собирается плевать на свои усилия и траты продолжительностью в век по освобождению Балкан от османского ига. Если у кого-то слишком взыграло самомнение, это его личное дело. Вы почему-то считаете, что Россия вам вечно должна просто за то, что вы все такие красивые и тоже славяне. А зря. Пришло время платить, а вы все еще ждете, что вас продолжат целовать в… гхм… различные места и позволять вам делать все, что вашей душеньке угодно.
Итак! У вас есть 3 дня дабы полностью прекратить антиболгарскую и великосербскую агитацию. После этого в случае любого действия или провокации, которая МОЖЕТ случиться именно по вине сербов, Россия будет считать свою историческую миссию законченной и предоставит Сербию своей судьбе. Да-да, господа, совсем. Вы, господа, похоже, забыли, что только Россия своим международным авторитетом спасает Сербию от нападения австрийцев. Через три дня это покровительство может быть снято, если не произойдет чего-то экстраординарного. А если произойдёт, то покровительство будет снято немедленно.
Тут русским переговорщикам пришлось пережидать крайне эмоциональную речь наследника престола, о том, что так братья славяне не поступают, и что это откровенное предательство интересов, и что вообще русские себе позволяют. Наследник разве что не спел песенку «А мы уйдем на север…»
Пока наследник разорялся, двое прочих сербов не слишком разделяли его молодой патриотический порыв. Глядя на помрачневшие лица двух сербов, полковник Гаршин понимал состояние оппонентов. А вот нефиг было бузить! А то, развели, понимаешь, анархию…
— … Россия не собирается объявлять о снятии покровительства ни тайно, ни всенародно. — Столыпин ни капли не сбился с мысли, и продолжил, как будто не слышал никаких возражений. — В России об этом знают меньше 10 человек включая нас двоих. И ни один не проговорится. Поэтому если в Берлине или Вене узнают об этом факте, то это будет означать, что проговорился кто-то из вас. После этого за сохранение сербской государственности ни я, ни мой коллега — полковник не дадим и ломанного гроша. А если вы совершите хоть что-нибудь не то против своих союзников по Балканскому союзу или России без разрешения России, Петербург объявит о снятии покровительства на следующий же день. Полагаю, вы понимаете, что Вена и Берлин будут в восторге от предоставленной им вами же самими возможностью. Хотя эти германские хищники вечно всем недовольны и вечно голодны. Это понятно?
Заметив кивок посеревшего лицом сербского премьера, Столыпин продолжил.
