Несмотря на то, что в свое время проблему с первыми исследователями делящихся материалов Агренев решил кардинально, прогресс в этой области, к сожалению, остановить не удалось. Вместо одних супругов Кюри радиоактивностью и радием заинтересовались сразу несколько групп ученых в различных странах. В общем повторно решить проблему кардинальным способом было уже нельзя. Впрочем, интерес в мире к радию принес Агреневу и положительный практический итог. В 1912 году одна из компаний князя стала крупным акционером Туя-Муюнского радиевого рудника, что заработал в Ферганской долине. Рудник нашли и обследовали без всякого участия Концерна. Вообще-то радий Агренева совершенно не интересовал. Руда рудника содержала минерал, названный туямунитом: CaO*2UO3*V2O5*8H2O. Собственно из этого состава князя интересовал ванадий. Да и уран тоже, но только если сильно по-дешевке. Уран Агренева интересовал исключительно с точки зрения накопительства. Типа, пусть будет. Лет через дцать, глядишь, Империи пригодится. К сожалению, простую технологию получения ванадия из сложной туямуюнской руды еще только разрабатывали, но это ничего. Можно немного и подождать. Руда то была достаточно богатая. А вообще этим рудником заинтересовалось много всяких интересных людей. Среди них и академик В. И. Вернадский, и братья Рябушинские, и еще несколько известных имен. Антимонопольный комитет тоже поучаствовал в этом деле с подсказки князя, но исключительно в качестве регулятора. Отдельным подзаконным актом из Империи был запрещен вывоз ванадия и вандиевых руд без санкции самого Комитета на то.
Одесская мирная конференция открылась 16 июня 1913 года. Прежде чем делить территорию, захваченную союзниками у осман, пришлось еще несколько дней увещевать стороны и призывать к сдержанности. Особенно пришлось осаживать греков. На них в отличии от болгар и сербов способов воздействия у Петербурга было крайне мало. Потом последовал месяц дележа. Сколько копий во время этого было сломано, наверно, не считал никто. С грехом пополам кое-как бывшую Османскую территорию поделили. Причем между болгарами и сербами территорию пришлось делить аж в двух временах: на сейчас и на тот момент, когда Сербия сможет присоединить иные земли, заселенные этническими сербами. Эдак дипломатически обозвали Воеводину и Боснию, что находились сейчас под властью Вены. В общем сербам досталась и вся спорная зона и еще кусок бесспорной болгарской зоны. А что делать? Ведь на освобождение Западной Македонии болгары выделили совсем немного войск и все значимые победы там были одержаны именно сербами.
Карта оккупационных зон после 1-й Балканской войны:
(Двумя красными линиями в Македонии обозначена спорная зона.)
Иначе не получалось. Названа зона была Автономной областью Скопье с некоторым русским контролем за состоянием населения в ней в составе Сербии. Перейти в состав Болгарии она могла теперь только в случае войны Сербии и Болгарии против Австро-Венгрии. Но это было не единственное условие. В общем, удалось сделать так, чтобы ни сербы, ни болгары в ближайшие годы сами не старались изменить статут Автономной области Скопье. Уж больно недешево это выходило для обоих сторон.
Болгария кстати попала вместе с Россией в ряд стран с крайне неудобным военно-морским режимом. Теперь страна имела выходы аж к трем морям: Эгейскому, Мраморному и Черному. Но перебрасывать военный флот из одного моря в другое не имела никакой возможности. Османы были против. И именно они контролировали Проливы.
Если болгар и сербов русским переговорщикам образумить более менее удалось, то греки были себе на уме и сами старались навязывать свои условия православному миру. Впрочем, так было всегда. Вот, казалось, чего было грекам упираться и отказываться вывести войска с левого берега реки Струма? Греки и влезли то туда только после того, как оттуда на восток ушли болгарские войска. И тем не менее. Таким образом греки в мыслях явно нацеливались на город и порт Кавала. Стоит грекам его прибрать к рукам, и всей западной Болгарии придется возить товары только через в греческие порты Эгейского моря или через свои, но в Эгейском или Черном море. В общем, на кону в будущем стояли немалые деньги. Но это не все. Подписываться под обязательством не передавать в аренду иным государствам острова, близкие к Дарданеллам, греки тоже отказывались. Это условие очень хотел навязать грекам Извольский понятно по каким причинам. И это при том, что Великие державы еще даже «не присудили» эти острова грекам.
В целом, все страны Балканского союза уехали с Одесской конференции отчасти недовольными. Как же? Их обидели и не присудили территории, на которые они «законно претендовали». А ведь самим государствам еще предстоит ратификация соглашения, а потом развод войск по новым линиям госграниц. Дело это тоже непростое и не быстрое.
