Он подошёл к стене с оружейной системой и активировал панель. Часть стены отъехала в сторону, открывая доступ к арсеналу альтаирианского оружия — от миниатюрных парализаторов до энергетических винтовок, способных прожигать броню.
— Это для самозащиты, — пояснил Кларк, видя удивлённый взгляд Мери. — Я предпочитаю мирные решения, но в галактике не все разделяют этот подход.
Он выбрал два небольших устройства, похожих на наручные браслеты.
— Это персональные защитные поля, — он передал один браслет Мери. — Они создают энергетический барьер, который остановит большинство видов оружия.
Мери с благоговением надела браслет, который автоматически подстроился под размер её запястья.
— Теперь нам нужен план, — сказал Кларк, возвращаясь к голографической консоли. — Омега, покажи расположение корабля Сируса и предполагаемые точки активности его дронов.
Трёхмерная карта местности развернулась перед ними, с отмеченными красными точками, обозначающими расположение вражеских устройств.
— У Сируса превосходство в воздухе, но мы лучше знаем местность, — анализировал Кларк. — Есть подземный тоннель, ведущий от этой лаборатории к периметру безопасности моего корабля. Мы можем использовать его, чтобы добраться незамеченными.
— А что, если Сирус уже знает о тоннеле? — справедливо заметила Мери.
— Умный вопрос, — одобрительно кивнул Кларк. — Омега, какова вероятность, что Сирус обнаружил подземные коммуникации?
— По моим расчётам, 63% вероятности, что тоннели находятся под наблюдением, — ответила ИИ. — Рекомендую использовать маскирующее поле и ложную сигнатуру.
— Хорошо, — согласился Кларк. — Подготовь всё необходимое. Мы выдвигаемся через тридцать минут.
Он повернулся к Мери: — Последний шанс передумать. То, во что вы ввязываетесь, — не просто опасно. Это может изменить всю вашу жизнь.
— Моя жизнь уже изменилась в тот момент, когда я встретила вас на дороге, — тихо ответила она. — И я не жалею об этом.
Странное тепло разлилось в груди Кларка — ощущение, которое альтаирианцы обычно подавляли как примитивную эмоциональную реакцию. Но здесь, на Земле, он научился ценить эти чувства как часть более полного, более глубокого восприятия реальности.
— Тогда приступим, — сказал он, протягивая ей руку.
Мери без колебаний вложила свою ладонь в его, и Кларк почувствовал, что независимо от исхода противостояния с Сирусом, его планы относительно Земли изменились навсегда. Эта планета и эта женщина стали для него чем-то большим, чем просто объект изучения или потенциальная сделка.
Они стали домом.
Предрассветные часы окутали город прохладным туманом. Кларк и Мери, избежав слежки дронов Сируса, благополучно добрались до временного убежища — небольшого загородного дома на берегу озера, одного из многих «безопасных точек», которые Кларк обустроил за годы пребывания на Земле.
Дом выглядел как типичное жилище состоятельного, но скромного землянина — деревянные панели, большие окна с видом на озеро, уютная терраса. Но за этим непритязательным фасадом скрывались передовые технологии — системы маскировки, защитные барьеры и коммуникационные узлы, связанные с основным кораблем Кларка квантовым шифрованным каналом.
Утренний свет едва пробивался сквозь автоматически затемненные окна, когда Мери, завернувшись в мягкий плед, вышла на террасу, где Кларк уже изучал голографические проекции, парящие над небольшим устройством, которое он извлек из своего субинтерпретатора.
— Не спится? — спросил он, заметив ее приближение.
— После всего, что я узнала вчера? — Мери слабо улыбнулась. — Удивительно, что я вообще смогла сомкнуть глаза.
Кларк понимал ее состояние. Узнать, что ты не одинок во Вселенной, что существуют другие разумные виды, путешествующие между звездами, что твоя планета может быть продана, словно участок земли — это было слишком много для осознания за один день. Большинство землян, получив такую информацию, впали бы в панику или отрицание. Но Мери демонстрировала поразительную адаптивность — еще одно качество, которое привлекало его в этой земной женщине.
— Что вы изучаете? — спросила она, подходя ближе и рассматривая парящие в воздухе цифры и диаграммы.
— Формулу Лафлина, — ответил Кларк, жестом увеличивая центральную проекцию. — Это математическая модель, используемая для оценки планетарных ресурсов и потенциала.
Мери сосредоточилась на сложных уравнениях: — Лафлин? Это имя звучит… по-земному.
— Так и есть, — кивнул Кларк. — Грег Лафлин, земной ученый, в 2015 году разработал формулу для расчета гипотетической стоимости планеты. Конечно, он создавал ее как теоретическую модель, не зная, что межзвездные торговцы используют похожие принципы оценки уже тысячелетия.