Но гораздо более прозорливый пожилой маг не обратил внимания на незнакомое выражение, зато, глядя на молодого эллата, проговорил:
– Приезд в город отряда Булая и…
– Да, – кивнул парень, – и их значительно возросшие магические возможности…
Тут он вгляделся в лица слушающих его бывших глав Гильдии хранителей, а потом негромко, но значимо так сказал:
– И это далеко не следствие использования эликсира силы. Нет, это последствия вступления в наш клан и принятия нашей клановой метки. И если вы готовы развивать свои способности, то со временем подобный прогресс может стать значительно более существенным.
После чего тот, кто назвался Лексом, достаточно подробно рассказал и о том, что делает их клановая метка, к чему приводит вступление в их клан.
Рассказал и о том, что их соклановцы чувствуют приближение друг друга. Или то, что никто из них не может причинить умышленный вред другому своему соклановцу, метка это воспримет действиями, направленными против интересов клана, а значит, и его главы…
Рассказал о том, что обо всем им поведает глава клана, явившись во сне. Рассказал он и многое другое, например, о необычных клановых артефактах, которые парень будет готов предоставить им.
– И еще, – в заключение произнес он, – есть один существенный нюанс, – тут он на пару мгновений замолчал, а потом значимо сказал: – Из нашего клана нельзя выйти… Это следствие тех глобальный изменений, что вносит клановая метка, и того, как глубоко она прописывается в вашем магическом поле.
На этом месте он прервался.
– Теперь у вас есть все необходимые сведения, чтобы принять взвешенное решение… Хотя…
В этот момент взгляд парня сместился чуть в сторону.
– Я забыл рассказать вам о самом важном, – проговорил он.
Пожилой маг развернул голову и проследил направление взгляда Лекса.
– Акуда… – вновь прошептал он.
– Да, о ней, – подтвердил этот странный посланник главы какого-то неизвестного клана, – я должен рассказать вам об Акуде.
Тут он сосредоточился, а потом очень серьезно сказал:
– Ее я предлагал убить и даже не рассматривать возможности ее принятия в наш клан. И все вы знаете причину этого… – Он немного помолчал, а потом мрачно продолжил: – Эта девушка – извращенный маньяк под личиной невесомого прекрасного создания. Она наслаждается мучениями своих жертв. Смерть, пытки, боль ее жертв доставляют ей неизгладимое удовольствие. Все это я передал главе нашего клана. Я лично хотел снести ей голову…
– Но… – напряженно прошептал Шелос.
– Да, есть определенное «но», – и он обвел взглядом всех трех сидящих перед ним мужчин, – вы все очень сильно привязаны к ней. Один ее родной отец, второй считает ее своей младшей сестрой, ну а третий… и так понятно, он давно влюблен в нее… Хоть вы и знали о жуткой натуре этой девушки и том монстре, в которого она превратилась, но всегда покрывали ее. И никто из вас не простит и не сможет смириться с ее смертью. И как следствие ее убийство – это и ваш конец. Но глава выбрал вас, и потому ей мы тоже дали шанс, но этот шанс не на жизнь, а на искупление и расплату за свои прошлые грехи…
Тут Лекс поднялся, сделал пару шагов и присел на корточки прямо напротив дочери пожилого мага.
– Ты ведь не только глава исследователей гильдии, но и ее главный палач, – сказал он ей, – и раньше тебе эта вторая работа доставляла ни с чем не сравнимое удовольствие. Да, я и сам понимаю, что даже такая профессия востребована и необходима. И потому ты и дальше ее будешь обязана выполнять. Причем это «обязано» будет прошито в твоем сознании на постоянной основе. Ты не сможешь никогда и ни при каких обстоятельствах отказаться от этой должности в своей гильдии или любом другом месте. И они, – небрежный взмах руки, указывающий на сидящих рядом мужчин, – или любые другие люди не смогут тебя как-то оградить или отстранить от выполнения этой обязанности. А теперь для тебя это станет именно работой. Грязной, тяжелой и противной твоей душе. И это тебя сделает лучшей в своем деле. Ведь это станет твоим ремеслом. Твоей второй натурой. И ты всегда будешь выполнять данное тебе поручение. От тебя никто не сможет уйти за грань, ведь ты сама теперь будешь ощущать и чувствовать, где находится та самая граница, которую ни в коем случае нельзя преступать. Ведь насколько раньше эта работа доставляла тебе огромное удовольствие, настолько сильное теперь она будет доставлять тебе отвращение. Но и это еще не все…
Тут парень резко наклонился вперед, а потом притянул лицо девушки максимально близко к себе, вглядываясь в ее мгновенно расширившиеся глаза.
