— Да, но, к счастью, не унесли ничего важного. Вероятно, они были здесь недолго. В этом районе в последнее время произошло несколько квартирных краж, — объяснил Аско.
— Главное, ты сам в порядке, — сказала Тува и улыб- нулась.
Аско заметил, что у гостьи с собой набитый рюкзак, но решил не задавать вопросов. Он предложил ей чаю, и они сели на кухне, где беспорядок меньше бросался в глаза. После обмена малозначительными фразами Тува набралась храбрости:
— Как ты думаешь, если два человека встречаются совершенно случайно… между ними может возникнуть что-то настоящее… настоящие отношения?
— Что ты имеешь в виду? — смутился Аско.
— То, что на их месте мог бы быть кто угодно. Предположим, праздник. Два незнакомых человека сидят друг против друга. Они начинают разговаривать, и между ними что-то возникает. Если на месте одного из них сидел бы кто-то другой, то между сидящими на этих местах тоже что-то возникло бы? Может быть, это происходит из-за того, что на празднике особая атмосфера, или просто потому, что они оба готовы поговорить. В этом случае их отношения настоящие? Может ли кто-то из них сказать, что заинтересовался именно тобой, выбрал именно тебя? Или между ними навсегда какое-то препятствие?
Аско вспомнил свадьбу, на которой они познакомились. Он еще тогда отметил, что отношение Тувы к нему изменилось после того, как он произнес свою короткую речь. Дело, конечно, было не в том, что его место оказалось напротив Тувы.
— Разве человек каждую секунду не делает выбор, хочет ли он быть там, где находится, и продолжать делать то, что делает? Даже если какие-то внешние обстоятельства принудили его к тому, чтобы он где-то оказался, он может просто уйти, — ответил Аско.
— Тем не менее люди не решаются бросить то, что делают. В особенности если они чувствуют, что кому-то нравятся, но могут усомниться, так ли это.
Констебль достал из кармана телефон.
— Мне надо сделать один звонок. В чайнике остался кипяток, если хочешь еще чаю, — сказал он и встал из-за стола.
Аско прошел в спальню и закрыл дверь. Он никому не собирался звонить, но тут ему в голову пришла мысль, что надо как-то связаться с госпожой Аскен. Он совсем забыл об этом после того, как накануне пытался навестить ее. Она была человеком, который мог обладать интересной информацией по делу — и кроме того, что-то знать о предках Аско.
У него не было телефона старой дамы, поэтому констебль позвонил в справочную службу, но и там не оказалось о ней сведений. Номер наверняка можно было найти в бумагах, которые он просматривал раньше, но все они были сданы Маркканену, подумал он и тут почувствовал, насколько тяжелый ему выдался день. Ему вдруг захотелось обо всем забыть и заснуть.
Он прилег на кровать, закрыл глаза, но отключиться ему так и не удалось. За стенкой сидела Тува, ждала квартира, требующая уборки, и сумка, в которой лежала прозрачная папка и…
Кстати, куда он дел сумку? Не оставил ли в прихожей, куда может зайти с лестницы кто угодно и просто взять ее?
Аско вскочил, открыл дверь спальни и выбежал наружу. Он сразу увидел сумку, которую прислонил к стене, и темную мужскую фигуру перед входной дверью. Констебль уже выхватил пистолет, но тут услышал знакомый голос:
— Аско, что с тобой? Расслабься.
Даниэль протянул Аско руку. Тот, тяжело дыша, оперся на нее и встал.
— Ты мог бы предупредить о своем приходе. Хотя бы постучать, — зло сказал Аско.
— Я стучал много раз.
Находясь в спальне, Аско не слышал стука. В гостиной и в кухне дверей не было, и там стук, наверное, был слышен. Аско удивился, почему Тува не разбудила его.
Они вошли в гостиную.
— Тува, это…
Аско осекся. У дивана уже не было рюкзака: Тува ушла. Вероятно, сразу, как только Аско закрыл за собой дверь спальни, потому что вряд ли он спал долго.
— Что? — переспросил Яновски.
— Ничего, задумался, сам с собой разговариваю.
Даниэль обошел гостиную и недоверчиво посмотрел на коллегу.
— Может, расскажешь мне, что произошло? Замок на входной двери… да и книги у тебя в беспорядке…
Аско с досадой развел руками и сел в кресло. На минуту он задумался, как Даниэль успел сегодня днем запомнить порядок, в котором были расставлены книги.
— Когда это случилось? — спросил Даниэль.
— Еще раньше вечером. Пока я забирал пистолет на работе.
— Почему ты мне не сказал, когда мы ходили к собору?
— Хотел это все обдумать.
Даниэль обошел гостиную, остановился перед книжным стеллажом и подровнял корешки книг.
— Мне пришла в голову мысль, что за текст был на крышке сундука, — вдруг сказал он.
— Я думал, что ты не сумел его разобрать до того, как раскоп обрушился.
— Да, я понял позже.
— Но ведь крышка пропала, — недоумевал Аско.
Даниэль разгреб бумаги и сел на диван.
— Тебе следовало бы знать, что человек осознает некоторые вещи лишь спустя изрядное время после случившегося.
Аско нетерпеливо смотрел на него.
— Там было два льва друг против друга, — сказал Даниэль.
Аско кивнул и подумал, что львы — подходящее по стилю украшение для серебряного сундука.
— И о чем это говорит? — спросил он.
— Похоже, они что-то охраняли.
